- Айлин? Айлин? Эй!
- А? Лоэлия, прости, задумалась, - я покраснела. – О чем речь?
- Я спросила, не хочешь ли ты сегодня устроить посиделки, - улыбнулась девушка, которой уже помогали снимать платье.
- Айран хотел провести вечер вместе, - я виновато развела руками.
- Везет вам. Нам с Нилоеном наедине в одной комнате находиться нельзя. С нами всегда либо стража, либо прислуга, - Лейла потянулась к клубничному бисквиту.
- Почему?
- Ну приличия и всё такое, - девушка передернула плечами. – По их правилам, он меня даже за руку подержать не имеет права.
- Но вы же танцевали, - удивилась Лоэлия. Невеста Рэйкара поблагодарила Аматис и швея удалилась, оставив нас болтать дальше.
- На светские мероприятия запрет не распространяется, - девушка надулась.
- Глупо это как-то, - Лоэлия взяла чай.
- Согласна, но поделать ничего не могу, хотя и вижу, что ему самому этот запрет не нравится.
- Даже поцеловать не может? – Эли с сочувствием посмотрела на подругу.
- Ага. Потому и говорю, что вам повезло, - Лейла вздохнула. – Брата от Айлин вообще вон не оторвать.
- Даже ночью? – удивилась Лоэлия, а я покраснела до кончиков ушей.
- Нет! – выкрикнула слишком резко. – Мы только…целуемся.
Подруги переглянулись и рассмеялись, заставив и меня улыбнуться.
- Ну я думаю ещё месяц братик потерпит.
- Лейла!
- Да ладно, я же лекарь, - отмахнулась девушка, а мы с такой же красной Лоэлией переглянулись.
Я поправила платье, кивнула сидящей у кроватки моего брата Сейше, няне Алаэя, и вышла в гостиную, где меня уже ждал Айран. Вздохнула. Ждал с очередной шкатулкой.
- Прекрасно выглядишь, - улыбнулся Ай, касаясь губами моей руки.
- Спасибо, - я ещё раз провела рукой по юбке персикового платья, чем-то похожего на то, в котором я была на празднике Айрана и Лейлы.
- Я решил сегодня отдать тебе украшения на завтрашний праздник, - Айран протянул мне шкатулку, и я с удивлением поняла, что это именно та коробочка, которую Айран пытался дать мне в день моего побега.
- Айран, у меня полная шкатулка украшений. Мне уже даже не удобно, - в очередной раз вздохнула я, всё-таки взяв в руки шкатулку.
- Эти украшения не из сокровищницы, как я сказал тебе тогда. Я сделал их сам, - с улыбкой произнес принц. – Эти артефакты по силе равны маминому парадному гарнитуру. Я боюсь за тебя, а потому хочу, чтобы завтра ты была в них, - предельно серьезно сказал Айран, касаясь ладонью моей щеки.
Я замерла на пару минут, тая под его касаниями. Айран знал, как действует на меня и беззастенчиво этим пользовался, хотя и не сказать, что я была против.
Его губы коснулись моих, утягивая в настоящий поцелуй, а руки скользнули на талию, притягивая настолько близко, насколько позволяла оказавшееся между нами шкатулка. Собственно, буквально через минуту принц что-то недовольно рыкнул, оторвался от меня всего на мгновение, чтобы кинуть шкатулку на диван, и снова поцеловал.
Очнулась лишь тогда, когда мои руки коснулись оголившейся кожи Ая, а его пальцы вытащили заколку из волос и те рыжим водопадом упали на спину. Неведомо каким образом я умудрилась расстегнуть верхние пуговицы его рубашки. Айран с тихим смешком отстранился, с улыбкой глядя на меня. Я зарделась.
- Прости.
- Ничего. Я даже рад, - чуть севшим голосом, с легкой улыбкой, произнес Ай, поправляя одежду. Я тем временем приводила в порядок волосы. Как там говорила Лейла? Месяц ещё потерпит? Лицо залила краска. В нашем терпении я сомневалась.
Я посмотрела на тяжело дышавшего принца, который с интересом рассматривал моё лицо. Я нервно поправила локон, и Айран улыбнулся.
- Что?
- Ты восхитительна, - искренне и нежно прошептал он, целуя мои пальчики. Я вспыхнула, как свечка, ответив на комплемент смущенной улыбкой.
Айран
- Только не говори, что это делали специально для нас, - Айлин с изумлением рассматривала накрытый на двоих стол в дальней части парка, практически в пещерке под искусственным водопадом.
Я улыбнулся.
- Не буду.
- Что?
- Говорить не буду, - рассмеялся я, а девушка улыбнулась. Именно для этой улыбки я всё и затевал.
Никак не могу привыкнуть к тому, что она теперь рядом, навсегда. Что теперь имею на неё хоть какие-то права, могу смотреть на неё часами, и никто не посчитает, что это невежливо. Могу смотреть на её улыбку и радоваться тому, что её причина – я или мои действия. Могу обнимать её и целовать, чувствуя, как она тает в моих руках. Непередаваемое ощущение.