Между тем горячие ладони наконец скользнули вниз. Пальцами муж начал дразнить меня, лаская и размазывая влагу по моим складочкам. Мое дыхание участилось от предвкушения, но он всё никак не давал мне то, что хотелось, и я подалась к нему ближе:
– Ну же… пожалуйста…
– Ты уже просишь, кошечка? – усмехнулся он. – Но ещё рано. Я только начал.
Мои руки поднялись, чтобы притянуть его ближе, но муж вновь успел их перехватить.
– Нет-нет. Будь послушной девочкой, иначе я привяжу твои руки к кровати и буду ласкать тебя до рассвета, не давая самого главного.
Я недовольно простонала и надула губы, а он вдруг втолкнул мне палец в рот, и я почувствовала свой вкус. Вновь застонав – теперь уже от удовольствия – я принялась ласкать его палец, посасывать и облизывать, зная, как сильно он заводится от этого.
– Мм, куколка любит пососать? – довольным голосом прошептал он, уже почти трахая мой рот пальцем. – Ладно, тогда пусть твой ротик будет занят.
Он опять начал ласкать меня между ног и опять лишь снаружи. Правда, на этот раз его пальцы кружили и вокруг клитора, теребя его и сдавливая. Горячие импульсы расходились по всему моему телу, и в тот момент, когда я уже была близка к оргазму, муж вдруг лишил меня всего, всех ласк разом.
– Эй, – недовольно позвала я.
– Знаю, знаю, киса, ты уже готова, – хрипло ответил он. – И, поверь мне, я тоже уже почти готов.
Матрас спружинил под ним, и словно в доказательство своих слов, он приставил свой член к моим губам.
– Нет, – я капризно отвернулась от него. – Ты не даёшь мне то, что я хочу, и я не буду…
– Будешь, – перебил он меня и, схватив за подбородок, развернул мое лицо обратно. – Отсоси мне хорошенько, и я трахну твою киску так, что ты меня никогда не забудешь.
Он всё ещё играл? Что ж, тогда настал мой черёд дразнить его. И пусть мои руки были связаны – кое-что я все равно могла. Мои губы растянулись в хитрой улыбке.
– Нет, – повторила я и, облизнув губы, задела его член.
– Сучка, – прошипел он и, сжав пальцами мои щёки, заставил открыть рот. – За эту вольность я отжарю тебя гораздо жёстче, чем планировал.
Ответить я уже не смогла – муж принялся вбиваться в мой рот. Одной рукой он все ещё держал мой подбородок, а вторую положил на затылок, крепко зафиксировав мою голову. Я могла только стонать и возбуждаться от происходящего ещё больше. Стоило признать, эта игра мне нравилась. Со связанными руками и закрытыми глазами принуждение к оральным ласкам чувствовалось как никогда горячо. Мне даже казалось, что член у мужа был каким-то другим, хотя это, конечно, было невозможно. Но ведь он и сам был словно сам не свой, и это распаляло меня, возбуждало и делало готовой к любому разврату.
– Твой ротик… – прошипел муж откуда-то сверху. – Твой ротик просто создан для минета, блядь. Так хочется отыметь тебя сразу во все дырочки.
Я согласно застонала, намекая, что я совсем не против. Во всяком случае в одном конкретном месте, где муж был особенно нужен. Обычно он ласкал меня там пальцами во время минета, но сегодня он, кажется, решил изменить всем своим привычкам разом.
– Что, думаешь твоя киска уже достаточно мокрая для меня, а, детка? – хрипло спросил он, и я снова застонала с его членом во рту.
– Ну, давай посмотрим.
Пока я восстанавливала дыхание, муж переместился ко мне между ног. Он снова развёл мои колени в стороны, а затем пальцами провёл по складочкам и развёл в стороны и их.
– Мокрая киска… Ее давно не трахали, как следует, да?
– Пожалуйста, просто возьми меня, – прошептала я свою самую искреннюю мольбу.
Его сильные пальцы прошлись вдоль раскрытой дырочки, не соскальзывая внутрь, и спустившись ниже, уперлись в тугое колечко.
– Или, может быть, мне отыметь тебя сюда?
– Нет-нет, пожалуйста, – чуть не хныча, ответила я.
– Так куда лучше? – насмешливо уточнил муж. – В блядский ротик, в текущую киску или в тугую попку?
Между тем пальцами он ласкал обе дырочки разом, заставляя меня замирать и сжиматься. Мое дыхание было шумным и рваным, и я даже не сразу поняла его вопрос.
– В киску, – откликнулась наконец я. – Пожалуйста, трахни мою киску.
– Тогда держи ножки шире, красотка, – хмыкнул муж, и я тут же выполнила его просьбу.
Звук расстёгиваемой ширинки прозвучал долгожданной мелодией для меня, и вскоре жаркое и тяжелое тело придавило меня к кровати. Член уткнулся мне между ног и медленно вошёл внутрь. Он ощущался совершенно по-другому, не как обычно, и я не могла не простонать: