– Доброе утро! – мой голос прозвучал надтреснуто и не слишком бодро.
– Доброе утро, Кирочка! – радостно отозвалась свекровь. – Смотри-ка, кто приехал!
Холодок пробежался по моей спине, а Артур обернулся ко мне и оказался… Мишей.
***
– Доброе утро, Кирюш, – ласково улыбнулся мне он и встал из-за стола. – Вырвался из командировки пораньше.
Если бы меня облили цементом, я и то не смогла бы застыть настолько статично. Муж приближался ко мне, а я не могла дышать, не могла моргать, не могла даже пошевелиться! Не могла занести руку для пощёчины, не могла съязвить что-нибудь о том, что он по-видимому надоел своей очередной любовнице. Я просто стояла и смотрела на него – такого свежего, загорелого, отдохнувшего, черт побери! Словно это была не командировка, а отпуск!
Конечно-конечно, это не его же отодрали вчера, как последнюю шлюху. Черт, почему у меня не было сестры?! Моя месть была бы жестокой.
Миша подошёл совсем близко, внимательно заглядывая в мои глаза, и нежно обнял меня, мертвую статую своей жены. Его губы осторожно коснулись моего виска и тихий шепот достиг ушей:
– Пожалуйста, не при родителях, Кирюнь, – он чуть отстранился и добавил громче, всё ещё держа меня в своих руках. – Я скучал.
Я моргнула, почувствовав внезапно накатившую тошноту от происходящего. Этот человек предложил меня своему брату, а сам трахал подружку в соседней комнате!
Внутренности как-то особенно сильно скрутило в узел, рвущийся наружу.
Кажется, Мише крупно повезло, при родителях прямо сейчас я точно никакого скандала закатить не смогу.
– С приездом, – с трудом прохрипела я, прикрывая рот ладонью и делая шаг назад в коридор.
Нужно было срочно бежать в туалет.
– Милая, ты что-то странно говоришь, – заметила Татьяна Павловна, выглядывая с кухни. – Простыла?
– Ага, – ухватилась я за соломинку. – Мне что-то нехорошо. Извините.
Я пулей рванула обратно на второй этаж, забежала в свою комнату и бросилась в туалет. Желудок сжимался, пытаясь вытолкнуть хотя бы даже самого себя за неимением лучшего, и я кашляла, обнимая унитаз, пока не почувствовала, как чьи-то руки собрали мои волосы в хвост. Краем глаз я заметила встревоженное лицо мужа позади себя.
– Отвали, – прохрипела я и вновь содрогнулась от новой попытки пустого желудка.
– Что с тобой, Кирон? – взволнованно спросил Миша, пропустив мою реплику мимо ушей. – Съела что-то не то?
– Нет, тебя увидела.
Новый спазм, и Миша начал поглаживать меня по спине, успокаивая тело, но выбешивая меня саму.
– Не трогай! – я дернулась в сторону от его прикосновений и снова прижалась к унитазу, бессмысленно кашляя.
–– Сейчас не время для этого, Кирюш. Я хочу помочь, – твёрдо сообщил муж и продолжил свои поглаживания.
Я зло дышала, ощущая, как узел внутри расправляется, как становится немного легче – и всё это от его рук. Меня это бесило, но я прикрыла глаза, потому что сил не было вообще. Сначала его брат, потом он, потом тошнота… Слишком много всего за неполные 12 часов.
– Получше? – заботливо спросил Миша. – Давай я отнесу тебя в постель.
– Только попробуй, – устало прошептала я, так и не открыв глаза.
Но он, конечно, попробовал. Подхватил на руки и понёс в комнату, где осторожно уложил на кровать. Прямо на то самое одеяло, на котором с другой стороны белело пятно. Но Миша этого не знал. Он присел рядом с моим лицом и погладил чуть вспотевшие виски.
– Ненавижу тебя, – прошептала я, всё ещё лёжа с закрытыми глазами.
– Я принесу воды, Кирон, – Миша вновь проигнорировал мои слова. – Может, хочешь что-то ещё?
Его пальцы нежно гладили мою кожу, и это было так заботливо, так искренне, что чувство омерзения захватило меня с головой, и я процедила сквозь зубы:
– Хочу, чтобы ты исчез из моей жизни.
Послышался его тяжелый вздох – словно я говорила необоснованную ерунду! – а затем Миша выпрямился и вышел из комнаты. Собравшись с силами, я кое-как стянула с себя джинсы и кофту, залезла под одеяло и мгновенно уснула.
***
Я проснулась через пару часов, удивительно отдохнувшая и бодрая. На тумбочке рядом стоял стакан с водой и тарелочка с клубникой – наверняка, продолжение заботы Миши. Из чистой вредности я хотела проигнорировать эти подношения, но желудок так срочно потребовал съесть хоть что-то, что я всё-таки села по-турецки, закинула ягоды в рот одну за другой и расплылась в довольной улыбке. У Татьяны Павловны было не так уж много кустов клубники, но зато вкус у ягодок был отменный!