— Залог?
Сказать, что я впервые слышала о таком, не сказать ничего. Мне отец с детства втолковывал, что с мертвыми договариваться нельзя. Чего бы те не сулили, не обещали и не клялись. Нельзя! Исключение — подчиненные призраки, да такие, как моя нянюшка.
— Вы становитесь медиумом на то время, пока проводится ритуал, впуская душу леди Айрис, а взамен…
— Я прошу принять мой дар, — закончила за него девушка.
— И в чем же заключается залог? Простите, но в моем понимании, это кто-то должен что-то оставить, желательно ценное. А после выполнения услуги забрать и, если договоренности не были исполнены, — утратить. Ваше же предложение абсолютно сюда не подходит. Вы хотите расстаться со своей магией, что странно, уж простите, но вы умерли.
— Маг, обладающий магией смерти и умерший неправильно, не может перейти за Грань пока не передаст свой дар или пока не отомстит тем, кто его убил. — Тихо произнесла Айрис. — Я не прошу о мести, я прошу дать мне шанс на новую, другую жизнь. Скорее всего, с иным даром и судьбой.
— И тем страннее, — парировала я, — чтобы маг смерти не хотел отомстить тому, кто повинен в его гибели? Еще и неправильной? Нет уж, я не пущу в свое тело призрака!
— Тогда собирай вещи, принцесса, — тихо произнесла нянюшка. — Собирай и говори, что отказываешься от дальнейшего участия. Потому как опозорить свою страну я тебе не позволю!
— Няня?
— А ты что думала? Узнают о том, что ты принцесса и в ножки кинутся? — грозная леди надвигалась медленно, но страха нагнала такого, что я, не соображая, начала отползать на кровати. — Ты представляешь, какой скандал будет, узнай, что королевская семья была обманута Ее Высочеством Лиерска?!
— Не меньший, чем неблагородный поступок принца! — огрызнулась я и тут же прикусила язык.
— Ты обманула и своих подданных, Айрис! Каково им будет узнать, что их принцесса, которую они так рьяно защищают, сама пошла на поклон мужчине, отказавшемуся от нее? То, что у тебя гордости нет, я и так знаю, но то, что ты позволишь опозорить всю семью, не ожидала.
— Заметьте, леди Гортензия, принцессам это несвойственно, — мягко осадил няню лорд дракон, — вы замечательно воспитали Ее Высочество. Не ругайте девочку, она испугалась утратить себя, а это пострашнее всех кар, обещанных вами.
И мне вдруг стало стыдно. Я же приехала доказать всем, что Ее Высочество Лиерска— лучшая девушка на всём свете. А пройдя уже немало, собираюсь поджать хвост и бежать сломя голову. Я хочу выиграть конкурс, желаю узнать правду? Значит должна бороться!
— Какой залог оставляет леди Айрис?
— Клятву, — будто нехотя признался старик.
— Клятву?!
Я думала, у меня истерика приключится, но я сумела взять себя в руки.
— Она не сдержит своих слов, потому что мертва, а подчинять ее не имеет смысла. — Выдохнула я. — Но…пусть дает свою клятву, у меня нет другого выбора.
В этот момент постучали в дверь, и я поспешила в гостиную. На пороге стояла сваха и ее взгляд не сулил мне ничего хорошего.
— Леди Айрис, вы не слышали приказ об общем сборе? —Недовольно спросила она. —Вы вынудили меня лично идти за вами!
— Прошу прощения, но мне никто и ничего не передавал. Дайте минутку, я…
— Отлично выглядите, нет времени наводить красоту. Идемте.
«Я пропала!» — быстро надев туфельки, выскочила вслед за леди Каталиной. — «И где была Мирта?!»
Глава четвертая
Глава четвертая
Я стояла у стены ярко освещенной залы и щурилась от едкого света и дыма. Нет, это не пожар, это благовония щедро заполнили огромную комнату. Я удивлялась как еще глаза слезиться не начали от такого-то кошмара. Уже не впервые я остро жалела о том, что первой испытание проходит девушка, занимающая лидирующую строчку в рейтинге.
Леди Аделина уверенно и даже расслабленно взирала на нас из центра залы, пока вокруг нее выставляли свечи.
За нами зорко следили, не разрешили разговаривать и двигаться. Еще бы дышать запретили, бессовестные!
Когда в зал вошли маги в черных мантиях, мне стало по-настоящему плохо. От них не скрыть ничего, и наверно, даже к лучшему, что со мной нет призраков, и уж тем более внутри меня.
Маги смерти чуют их за версту.
Что ж, час позора практически пробил. Мне не остаётся ничего, как принять все с гордо поднятой головой. И все же, как же неприятно. Этого бы никогда не случилось, если бы один принц не принимал решений за две семьи и два государства. Едкий, слишком яркий свет от множества люстр, практически слепил. Это раздражало и распаляло меня еще больше. Я с трудом подавила в себе гнев, чтобы никто не заметил моих чувств. Каменное изваяние и то эмоциональнее, чем я сейчас.