Первым делом еду на работу. Оказалось, что жить намного проще, когда строишь себе четкий план. Одна ступенька. Другая. И нет времени на самобичевание, на жалость, на мысли о том, что уже не сбудется никогда…
Влетаю в кабинет директора. Валентина Николаевна и виду не подает, что удивлена подобным. Эх, вот этот нервы!
- Здрасьте-увольте-меня-пожалуйста! – выдаю на автомате. А что – я мысленно уже на новой работе, уже планы учебные написала и веду пару кружков по внеурочной деятельности! А увольнение – фигня вопрос, дело решеное!
- Оля, присядь, пожалуйста. Ты что творишь-то? – удивлению директора нет предела.
- Ой, я ж развожусь… И это… уезжаю я… - робко блею я, с ужасом думая, что сейчас снова придется пересказывать всю печальную историю моего брака. Но выхода нет и я буквально в пару минут укладываю свой рассказ.
Она молчит, смотрит на меня испытующе. Держать меня права не имеет, именно поэтому я никак не могу понять затянувшуюся паузу.
- Ольга, - начинает она строго, прям прирожденный начальник, - и ты правда считаешь, что побег сломя голову решит что-то? Да если б каждая баба бежала на край света из-за загулявшего мужика, мир бы уже перевернулся!
- А мне нет дела до других. Я так устала.
- Не пори горячку, девочка. Я отпущу тебя. Но дай мне пару недель, я найду замену, а ты подумаешь еще.
Ну… да, отъезд немного откладывается, но не беда, с холодной головой соберусь.
Еще со ступеней здания вижу попутную маршрутку и срываюсь бегом. Водитель терпеливо ждет меня, явно забавляясь видом, как вдруг я теряю опору под ногами и встречаюсь с ней. Тротуарной плиткой. Е-мое… Это что? Млечный Путь? Вселенная? Я теперь карту звездного мира по памяти с закрытыми глазами нарисую! Как же больно…
- Па, мотли, тетя носку поланила… Ну папа! – раздается над моей головой.
Все. Финита. Меня можно показывать в музее. Дитя рахита, лишенное координации.
Потихоньку пытаюсь привстать.
- Лежать! – раздается сверху командный голос.
А я не собака, лежать на улице не приучена! Охаю, ойкаю, айкаю… Весь запас междометий – единственное, что могу высказать.
Ко мне склоняется мужчина:
- Ну как же Вы так… Дайте посмотрю!
- А Вы доктор что ли? – размазываю грязь и слезы по щекам.
- Нет, - слышу смешок в голосе, - но я очень близко знаком с одной непоседой, так что являюсь автоматическим специалистом по ссадинам, царапинам и разбитым коленкам.
- Аааа… - застываю я. Этот голос… Где я его слышала? У меня даже нога болеть перестала, настолько сосредоточенно я пыталась вспомнить его обладателя. Присматриваюсь, пока он аккуратно платком стирает кровь с пострадавшей коленки. Да, хорош. Правда, значительно старше меня, я никогда не обращала внимание на других мужчин. У меня ж Сашка. Был. Но его голос, этот бархатистый тембр… Так и вертится в голове, а вспомнитть не могу, хоть тресни!
- Простите, а мы с Вами не могли нигде столкнуться? У меня почему-то чувство, что…
- Дорогие слушатели, за окном шикарная погода, а в эфире я… - с заразительной улыбкой вещает незнакомец.
- Андрей Хмельницкий, - выдыхаю я. Боже, сколько раз с замиранием сердца я слушала этот голос, даже не пытаясь представить его обладателя. Так вот ты какой…
- Только не говори – северный олень! – и Андрей уже хохочет на всю улицу.
- Я что, вслух сказала, да? – спрашиваю у очаровательной девчушки, которая мнется рядом.
- Угу – ехидничиет та, а я краснею так, что горит не только лицо, но и пресловутая коленка. А девчонка продолжает:
- Ты на земле не лези, залугают.
Андрей наклоняется и легко подхватывает меня на руки:
- Ну что, Валяшка, давай к врачу отвезу что ли.
- Почему это Валяшка?! – возмущаюсь я, но выбраться из объятий не спешу, каждое движение простреливает ногу аж до пятки.
- Потому сто Неваляска встает, а ты валяесся!!! – задорно смеется темноволосое чудо. А ей вторит Андрей. И легко впихивает меня в припаркованный недалеко автомобиль. Затем усаживает девочку, пристегивая в кресле, и только потом чинно устраивается за рулем. Все, поехали!
- Валяшка, а как зовут тебя? – Андрей искоса смотрит, уверенно выруливая и устремляясь в сторону БСМП.