Становится так грустно и не уютно. Но, скрепя сердце, иду помогать собирать Апполошу. Андрей, недолго думая, просто сгребает ее вместе с пледом и аккуратно движется к выходу, где я уже предусмотрительно открываю дверь… И вижу Сашку, который устроился прямо напротив моей двери. Он с удивлением наблюдает за процессией, выплывающей из моей квартиры, но не пытается даже встать. Андрей, увидев моего бывшего, останавливается и, кивая в его сторону, тихо спрашивает у меня:
- Мне остаться?
- Не стоит. Это бои местного значения. Не волнуйся, - со смешком отвечаю я.
- До завтра тогда? – все еще не успокаивается Андрей.
- До… любого удобного для тебя времени! – играю на публику я.
- Ловлю на слове! – и вполголоса добавляет – Зацелую… Залюблю…
Я ахаю от подобных слов и моментально краснею. А он, как ни в чем не бывало, спускается по лестнице с девочкой на руках. Саша же в свою очередь спрашивает:
- Поговорим?
- Прости, Саш, но я устала. Честно, - я и правда чувствую себя вымотанной.
- Ну отдыхай тогда, - соглашается он и продолжает сидеть прямо на лестничной клетке.
- Ты что, домой не собираешься?! – возмущаюсь я.
- Нет. Я все ночи под твоей дверью провожу. В той квартире без тебя мне делать нечего, – и я только сейчас замечаю синяки под глазами на его лице.
- Если думаешь, что пожалею и пущу, то ты идиот, Мостовой! – злюсь на него, на себя за необоснованную, как мне кажется, жалость и со всей дури захлопываю входную дверь.
- Согласен, - тихо доносится сквозь преграду ответ бывшего мужа.
.
Глава 16. Алина
Мы подъезжаем к приемному покою весьма быстро. Не слушая моих возражений, мужчина довольно резво выходит из авто и окликает санитаров. Вот же прилипала!
- Благодарю Вас за беспокойство, - постанываю я, - но дальше я и сама справлюсь.
- Да нет, ты что, я дождусь уже. Мало ли, вдруг помощь какая нужна. Или отвезти обратно, - упирается тот.
И мне остается только смириться с тем, что он идет следом. Терпеливо помогает оформить документы. Ждет со мной у двери кабинета. Со стороны кажется, что мы с ним отец с дочерью. Так искренне он переживает за меня. Волнуется.
В кабинете дежурного гинеколога меня встречает очень молодой доктор, разжалобить которого не составляет особого труда.
- Ой, знаете, такая резкая боль была, в глазах потемнело! И живот каменный стал… - хлюпаю носом и преданно заглядываю в глаза врачу, - и тошнит меня до сих пор. Не часто, конечно, но регулярно.
Он теряется. После всевозможных манипуляций и анализов пытается уверить меня, что все в порядке. А я жалобно умоляю его оставить меня в стационаре под присмотром хоть на пару-тройку дней. И он смиряется, пробормотав:
- Ох уж мне эти мнительные беременные…
Получив вожделенное направление, выплываю из кабинета. Мой попутчик верно и преданно ждет.
- Что сказал врач? – видно, что волнуется до сих пор. А мне уже нчало надоедать его внимание. Вот моему отцу и в голову бы не пришло таскаться со мной по всем инстанциям. Он и в школу-то не ходил ни разу. Даже на выпускной.
- Да вот… Кладут в стационар. И давление подскочило, тонус повышеннный и гипоксию плода подозревают… - судорожно пытаюсь вспомнить все угрозы и показания к подобной госпитализации.
- Что ж ты так не бережешь себя, - укоряет меня мужчина.
И я взрываюсь:
- Да что Вы знаете? Да Вы кто такой?! Меня муж бросил, вот, к свекрови пошла, думала, что она поможет, посоветует, а она даже на порог пустила! Не ко двору этой царице Тамаре я! - меня уже несут эмоции так, что чувствую как и впрямь полетели черные мушки перед глазами.
- Тише-тише, ты чего, дурная, дите береги! - перепуганно шепчет мой визави и кричит в сторону ресепшен, - Врача! Быстро! Девушке плохо!
Ко мне бегут уже знакомые санитары с креслом и оперативно устраивают в нем. А я шепчу:
- Позвоните моему мужу, пожалуйста. Скажите, что мне плохо стало... - и протягиваю телефон. Мужчина берет, не задумываясь:
- Не волнуйся. Позвоню и разберусь. Отдыхай. А я у врача уточню, что тебе можно, и все передам.
Меня увозят в корпус патологии, где устраивают в двухместную палату. Судя по не заправленной постели, соседка у меня уже есть. Потихоньку перебираюсь на свою кровать и жду. Забегают мой врач и медсестра. Измеряют давление, слушают...
- Ложная тревога, - улыбается врач. - Но беречь себя нужно. А мы пока вам капельницу поставим, витаминчики поколем. Наташа, - оборачивается к медсестре, милой пухляшке, - переоденьте мамочку нашу.