- Лель… А помнишь, как я тебе в любви признался? В Новый год? – не могу сдержаться и делюсь с нею своими мыслями.
- Помню, - хихикает в ответ. – Ты обнимал меня и все причитал – девочка моя, люблю тебя. Больше всех на свете.
- А ты мне в ответ – а как же мама с папой?! – продолжаем вечер воспоминаний.
- А помнишь, как Машка это все увидела и рванула домой в одних тапочках в мороз? А потом со мной не разговаривала! Так и фырчала – я не хочу тебя видеть и слышать! А когда я, не сдержавшись, дала ей слово никогда тебя не любить, стукнула меня и заорала – ты офигела?! Это ж наш Сашка! – смеемся мы с ней уже в голос. И на душе становится светлее. Ничего еще мы не решили. И загорается надежда, что есть еще у нас шанс. Хотя бы маленький, но есть…
Не выспавшиеся, собираемся утром по делам. Завожу Лельку на работу и еду к перинатальному центру. Даже не пытаюсь анализировать свое состояние. Просто глубоко вздыхаю и выхожу из машины.
Уже знакомым путем добираюсь до кабинета врача. Стучусь. Слышу разрешение войти.
- Здравствуйте, Алекандр Викторович, - поднимается доктор и протягивает руку для приветствия. Пожимаю, а сам по его лицу пытаюсь определить что за новости несет мне сегодня этот мужчина.
- Вы хотели со мной что-то обсудить? – тороплю его. Неизвестность точит изнутри не хуже термита. Чувствую, что уже на грани.
- Да… Понимаете… - мнется доктор, ему явно неловко, - Первый раз у меня такая ситуация…
- Четыре дня назад с Алиной Алексеевной произошел несчастный случай. Падение с лестницы. Очень неудачное. Благо, что ее соседка по палате быстро обнаружила. Итог – экстренное кесарево.
Сижу, пытаясь уложить все в собственной голове, но пока мало что выходит. Алина. Падение. Операция… А ребенок?
- А почему Вы сейчас мне об этом сообщаете? Я же не муж, - напоминаю врачу недавний разговор.
- Я бы и не сообщил Вам ничего. Только, понимаете, тут такое дело… В общем, она сбежала из больницы. Оставила отказ от ребенка и письмо для Вас. С номером, по которому с Вами можно связаться, – разводит руками врач, а я охереваю от всего этого. В буквальном смысле этого слова…
Глава 30. Лелька
Ночь, проведенная с Сашкой, не прояснила ничего. Я все так же не понимаю, что делать дальше, Я все так же осознаю, насколько глупым был мой побег из дома. Меня же никто не гнал. Ну что стоило просто задержаться, а не бежать, сломя голову, от проблем. С другой стороны – кто ж знал? Ну не хотелось мне вникать в тонкости того, как мой муж заводил шашни на стороне. Нет значит нет. И гуляй, Вася! Без шансов и вариантов. Кому как, а мне так проще.
Влетаю на первый этаж и… вижу Снежную Королеву. Мать рыцаря Андрея. Удивляюсь, конечно, но бегу мимо. Это не ко мне, не ко мне. У меня и часы не приемные, и дни, и декада вся расписана.
В след несется высокомерное «Стоять»! Да что ты будешь делать! Это у них что, семейное? То «стоять», то «лежать»!
Разворачиваюсь и мило улыбаюсь:
- Елена Николаевна, здравствуйте! Рада видеть!
- Врешь, - кривится Королева.
- Вру, - честно признаюсь я, - но только из уважения к Вам опять же!
- Я хочу поговорить, - буквально сквозь зубы цедит женщина.
- Какая досада, - продолжаю любезничать, - в этом году у меня совершенно нет времени. Я бы даже сказала – в тысячелетии!
- Хабалка. Невоспитанная, дрянная девица. И ты что, действительно считаешь, что способна удержать рядом моего сына?! – как искренна она в своем негодовании. Вроде и не орет матом, а я уже успела прочувствовать всю никчемность своего бытия…
- А я держу? – демонстративно оглядываюсь вокруг. – Упс… Не заметила… Где-то потеряла!
- Вижу, что разговор наш бессмысленный. Но предупреждаю – второго сына я не отдам. И пойду на все, чтобы оградить от тебя! – прямо грудью амбразуру закрывает маменька Андрея.
- Извините, но мне Ваш первый не особо нужен был. А Андрей… А Вы его любить не пробовали? Просто любить? И от юбки отпустить? – злюсь я. – Лучше б внучкой занялись. Хотя… Нет, не стоит портить ребенка!
И ухожу. Попутно набирая Андрея.
- Валяшка? – он отвечает после первого же гудка, видимо, телефон был очень близко.
- Привет! – бодро рапортую я. – Я тут с мамой твоей пообщалась.