- Нет, Андрей, правда, не поэтому. Не нужно оправдываться. Просто сейчас не время, прости, - глажу его ладонь, пытаясь донести свои эмоции.
Он подносит мою ладонь к губам и нежит. Зацеловывает. Так, что я чувствую себя самой желанной, самой красивой, самой-самой и именно для него…
Андрей помогает мне выйти из авто, нежно обнимает… и вдруг нас отбрасывает друг от друга. Сашка! Твою ж дивизию!...
Девочки, простите, день был прсото безумным! Как в кино!))) Чес слово! Так что проду ловите, как пирожок, горяченькую!)))
Поосторожнее, пожалуйста, с моею нервною системой) Лайкните, что ли, для разнообразия)))
Глава 38. Лелька
Перед глазами мелькают кулаки. Слышны звуки ударов. Мат. А я только глазами хлопаю. Пытаюсь сделать шаг назад, чтоб, невзначай, не прилетело от кого-нибудь и мне, красивой. И плюхаюсь на задницу. Нога буквально проваливается! Пытаюсь в тусклом свете уличного фонаря рассмотреть хоть что-то… И аж визжу от негодования:
- Мостовой, блть! Ты мне каблук сломал, скотина!!! - я такая злая, что от меня прикуривать можно!
Мужики отрываются от смертоубийства и обращают внимание на меня. Наперегонки бросаются мне на помощь, но делают только хуже. Сталкиваются лбами друг с другом, со мной, изо всех сил тащат в разные стороны… И пыхтят! Сволочи, блин!
- Отпустите! Немедленно! – рявкаю и вырываюсь. – Вы совсем охренели??!
- Лелька, больно? – Сашка пытается дотронуться, а я шарахаюсь в сторону.
- Нет, блть, приятно! – огрызаюсь и пытаюсь оценить масштаб трагедии. Каблук вырван с мясом. Чулки в стрелках. Всю вываляли в пыли…
- Убери от нее руки! – шипит Андрей.
- А то что? Ну что?! – ярится Мостовой.
- Придурки! Успокоились! Оба! – ну что за идиоты! Нашли время и место для самоутверждения.
- Я ее муж! – продолжает Сашка.
- Объелся груш! – издевается Андрей. – Я тебе одно скажу: если она сейчас скажет, что выбирает тебя, то я и слова не скажу. Но если она пойдет со мной, совет тебе – просто свали в закат. Навсегда!
И оба поворачиваются ко мне. Чего? Это мне тут ультиматум поставили? И Сашка лыбится довольно, понимает же, что я сейчас только разозлюсь…
- Придурки… Ой, придурки… - разуваюсь и иду в подъезд. На хрена мне эти самцовские бои? Потом спрошу кто победил. И пошлю обоих на хрен. И вообще буду без мужиков. Погуляю лет пять и рожу для себя. Чтоб никто нервы не трепал и кровь не пил.
- Валяшка! – слышу оклик вслед. И… не оборачиваясь, показываю средний палец.
- А по заднице? – слышно смешок в голосе Хмельницкого.
- В глаз даст. Проверено лично, - отвечает Мостовой.
- Да ладно… - удивляется Андрей.
Очуметь! Спелись! Быстренько открываю дверь подъезда и оглядываюсь. Эти два недоразумения что-то тихо обсуждают. Надеюсь, правила дуэли! Убейтесь оба, гады!
Дома быстренько набираю ванну и ухожу в нирвану. Колени, правда, пощипывает, но я принципиально не обращаю внимание. Мне хорошо! Всем ясно?!
Распаренная, практически счастливая, выпиваю бокал коньяка, закусив яблочком. И иду баиньки. Ворочаюсь, конечно. То подушка жесткая, то одеяло короткое. То комар пристает! Наконец-то, изрядно измучавшись, проваливаюсь в сон. Но и тут мне нет покоя! Бреду по каким-то темным комнатам… Открываю двери, а там незнакомые люди! Пьют, кричат, меня не замечают… А мне так страшно, что я кричу и бегу, пытаясь найти выход…
И просыпаюсь от пьяных воплей под окном:
- Леееелькаааа!!! Зззззаразаааааа! Выгляни в окошкооооо!
Подпрыгиваю и, чуть не запутавшись в одеяле, собрав всех богов, бегу к балкону…
В позе «домиком» там стоят два алкаша. Мостовой и Хмельницкий. Картина маслом…
Девчонки, простите, но... Как-то так))) Ценю мнение каждой из вас)
Глава 39. Саша
Идея нажраться вместе с Хмельницким, конечно, априори не могла быть хорошей. К тому же, после того происшествия с Алиной, я зарекся пить хоть что-то крепче кефира. Но тут сорвали тормоза. И когда Андрюха предложил разговор «по-мужски под рюмочку» со зла согласился. Сначала бухали молча. Испепеляя друг друга взглядами. Потом – за знакомство. Потом за дам. Хоть и отсутствующих, но, по-гусарски, стоя. Потом снова за знакомство. За мир во всем мире. За суку-любовь. За тех, кто в море… Короче, в себя я пришел только под окнами Лельки, где мы, как два мартовских кота, выводили рулады и пытались вызвать в этой жестокой женщине хоть каплю сострадания. Или лифт. Который вознес бы нас к ней… Она была согласна только на вызов полиции. Что категорически не устроило Андрюху.