В установившемся молчании он подошел к одному из писсуаров, встав к нам спиной. И только когда вжикнула молния, я поняла, что он имел в виду. Вспыхнув до корней волос, я поспешно выскочила из туалета, забыв придержать дверь, и она громко хлопнула. Мне показалось, что перед этим я услышала смех Максима, и следом Вадим что-то ему сказал. Судя по строгому тону, сделал замечание.
В коридоре я едва не налетела на Алену, почти столкнувшись с ней нос к носу. На ее лице застыло взволнованное выражение, глаза лихорадочно блестели, а скулы покрывал румянец. Возле двери, прислонившись спиной к стене, обнаружился Лось: всунув руки в передние карманы джинсов, он смотрел на нас с дразнящей полуулыбочкой, голубые глаза весело блестели. И у меня не возникло никаких сомнений в том, что моей подруге пришлось также же нелегко, как и мне.
— С тобой все в порядке? — обеспокоенно спросила Алена.
— Да, все хорошо, — я подкрепила свои слова ободряющей улыбкой.
— А где Макс? — как ни в чем не бывало спросил его друг. И, не дождавшись ответа, громко возмутился: — Эй! Не надо меня игнорировать!
— Не надо здесь кричать! — сквозь зубы выдавила я. — В туалете твой Макс. Не волнуйся, он цел и невредим.
За моей спиной раздался звук открывающейся двери, и следом ровный голос Вадима произнес:
— Кирилл, отправляйтесь с Максимом на лекцию. Алена, вы идете со мной, а вашу подругу я отпустил домой.
Еще раз поблагодарив Вадима, я быстро попрощалась с Аленой, обменявшись с ней многозначительными взглядами, и забрала у нее свою сумку, соскользнувшую с моего плеча в момент перепалки. Идя к выходу из института, я уже не так сильно расстраивалась из-за своих неприятностей и испорченной блузки. Гораздо важнее, что у меня была такая замечательная подруга! И такой классный преподаватель! А с остальным я непременно справлюсь!
* * *
От внезапно усилившегося ветра по коже забегали мурашки. Глубоко вздохнув, я оторвалась от подушки. Прежде чем зарываться в одеяло, мне нужно было выключить компьютер и прикрыть окно, а для этого требовалось встать.
Освободившись, Алена первым делом позвонила мне, чтобы рассказать, что случилось дальше после того, как Максим уволок меня за собой. Ну и заодно поделиться открывшимися подробностями. Как я и думала, Максим принадлежал к элите и, как и большинство ее представителей, учился за границей. Но потом что-то произошло, он вернулся на родину и пару недель назад перевелся в наш институт, где уже училась его младшая сестра. Вместе с Кириллом они быстро собрали вокруг себя «банду» и часто развлекались, придумывая и снимая всякие приколы, которыми потом делились со всеми в интернете. А деньги их родителей гарантировали им «иммунитет», надежно защищая от недовольства преподавателей и руководства вуза.
Остановившись возле письменного стола, я поставила одну босую ступню на другую, пряча ноги от потока холодного воздуха, задувавшего откуда-то из коридора. Наверное, в гостиной осталось открытым окно. И, прежде чем закрыть страничку Максима Ветрова, не удержалась, еще раз скользнула взглядом по последней фотографии на фоне серебристого «ягуара». Положив локоть на крышу машины с хищной ухмылкой на губах, Максим позировал в солнцезащитных очках, черной приталенной рубашке и джинсах. На его запястье красовались дорогие часы, которые невозможно было не заметить из-за их блеска. Одним словом — типичный мажор.
Алена действительно попросила о помощи Вадима. Правда, не стала ему всего объяснять: просто рассказала, что я случайно облила Максима газировкой, чем и разозлила. Ходили слухи, что их отцы вели общий бизнес, о чем Алена узнала случайно при общении с однокурсниками, во всю смаковавшими подробности яркого ролика. Никто не знал этого наверняка, но доказательством служил тот факт, что Максим не позволял себе прогуливать лекции Вадима или в открытую ему хамить. Поэтому можно сказать, что мне повезло: интуиция подругу и на этот раз не подвела.
Прерывисто вздохнув, я решительно выключила компьютер и поставила окно на зимнее проветривание. Я не могла сказать, что новость о высоком статусе Вадима сильно меня шокировала. Нет, скорее расстроила, потому что теперь пропасть между нами еще больше увеличилась. А еще я верила, что Вадим все равно бы за меня заступился, даже не находясь в равном с Максимом положении, потому что он был другим: справедливым и воспитанным, честным и добрым… Одним словом — идеальным.