Переступив с ноги на ногу, я проскользнула мимо и тихо закрыла дверь своей комнаты. Затем подошла к изножью кровати и, широко раскинув руки, упала на мягкий матрас. Глубоко вздохнув, я уставилась в потолок, ощущая, как по коже скользит свежий ветерок из приоткрытого окна. Мерцающий белым светом экран монитора, являющийся единственным источником света, настойчиво манил взгляд, словно лампа мотылька. Я так и не закрыла страничку Максима Ветрова, которую уже успела излазить вдоль и поперек. И вовсе не потому, что не прерывалась на другие дела, маниакально изучая его фотографии и посты, — просто он не так уж часто что-то выкладывал.
Максимом звали того наглого брюнета, благодаря которому я неожиданно для себя прославилась на весь институт всего за пару часов. Почувствовав, как удушливая волна стыда снова накрывает меня с головой, я перевернулась на живот и зарылась лицом в подушку…
— Что это только что было? — спросила Алена, тяжело дыша, когда мы наконец-то остановились возле одной из уединенных скамеек в парке через дорогу от главного здания института.
— Сама не знаю… Я их в первый раз вижу… Понятия не имею, чего они прицепились… — сбивчиво ответила я, присев на краешек скамейки и упираясь ладонями в колени.
Мы так быстро убегали, что я все еще не успела восстановить дыхание. Или, может быть, дело было в том, что вся ситуация слишком сильно меня взволновала. Особенно выразительный и цепкий взгляд серых глаз напоследок. И от этого сердце до сих пор подскакивало к горлу, отказываясь возвращаться на место: наверное, оно хотело повторить наш удачный опыт и пуститься в бега.
— Странно все это, — задумчиво пробормотала подруга и тихо выдохнула с подозрительным оттенком мечтательности: — Они оба такие симпатичные, но твой брюнет, конечно, просто картинка! Никогда еще вживую не видела настолько привлекательного парня.
— Эй! Он такой же мой, как и твой! — возмутилась я.
— Хорошо, пусть будет пока ничей, — сразу же нашла компромисс Алена. — Давай так: впереди еще две пары, не считая ту, которую мы сейчас пропускаем. Я вернусь назад и разведаю обстановку. А ты езжай домой, я буду держать тебя в курсе.
— Нет, я не хочу, — я упрямо покачала головой. — Уйти — значит проявить слабость и выставить себя виноватой, а я не сделала ничего плохого. Кроме того, вряд ли эти парни будут специально меня выслеживать, как будто им больше заняться нечем. И что ты скажешь, если вдруг кто-то из группы или тех преподавателей, кто уже видел меня сегодня, начнет спрашивать тебя обо мне?
На самом деле я не хотела домой по той простой причине, что следующую лекцию у нас должен был вести Вадим. А я не собиралась разбрасываться редкой возможностью его увидеть, даже если речь шла о двух обнаглевших мажорах и возможных неприятностях, которые они могли мне устроить.
Кроме того, я любила романтичные комедии и в свое время пересмотрела немало американских фильмов. Обычно в них главная героиня, будучи школьницей или студенткой, сталкивалась с травлей со стороны сверстников. Но, поскольку я сама никогда с подобным не встречалась в реальной жизни, все это мне казалось по большей части выдумкой или сильным преувеличением. Особенно в случае с высшим учебным заведением, куда поступают в более сознательном возрасте. Поэтому я всерьез не верила, что взрослые люди способны заниматься глупостями и тратить свои силы и время на то, чтобы намеренно отравлять кому-то жизнь.
— Ну не знаю, — с сомнением произнесла Алена. — Может ты и права, и я зря поднимаю панику. В конце концов, ничего такого не случилось. Ты просто ответила на незаслуженное оскорбление — имела право. К тому же, мы всего лишь девушки, а парни с девушками разборки не устраивают: слишком уж это мелочно и совсем не круто. Если говорить о нормальных парнях, конечно. А эти вроде, несмотря на позерство, не показались мне неадекватными.
— По-моему, они как раз из категории неадекватных, — возразила я. — Сама посуди, кто станет занимать целых три ряда для двоих? Пока вы с преподавателем не появились, этот выскочка пытался заставить меня пересесть! Детский сад какой-то! Я слышала, что девочки взрослеют раньше парней, но эти уж слишком сильно застряли в детском возрасте!