Привлекать внимание? Это как раз именно то, чего я никогда не делал, потому что с детства знал, что единственный правильный способ заработать уважение окружающих — это интеллектуальный труд и карьерный рост. Но ты то, явно, намекал не на это.
— Итак, твоя задача — привести сюда несколько человек. Скажем, десять. А потом ты заявишь о себе. Я скажу как. Ну, что, поехали!
Я застыл на месте, пытаясь сообразить, чем таким могу замотивировать людей, пришедших в парк по своим, наверняка, важным делам, подойти к фонтану. Жаль, что ты не сказал, что мне надо будет делать потом, может, это помогло бы придумать для людей повод. Я предположил, что это должно быть связано с нашей группой. Например, я должен буду рассказать о нас или позвать на наше выступление. Конечно, никакого концерта никто при мне не планировал, но я бы не удивился, узнав, что ты специально скрыл это от меня. Может быть, ты уже договоримся, что мы сыграем одну из твоих песен на вечере Мартина Лютера Кинга?
Придумывая на ходу слова и складывая их в красивые предложения, я двинулся в сторону компании, сидящей на скамейках. Если приглашать сразу группами, я управлюсь быстрее.
Я подошёл к компании и представился.
— Проходите, пожалуйста, к фонтану. Через несколько минут там будет озвучено важное объявление по поводу праздничного вечера, который состоится в ближайшую пятницу.
Никто не шелохнулся. Я повторил ещё раз на случай, если меня не расслышали. Одна из девушек, сидящая ко мне ближе всего, улыбнулась мне.
— Мы же рядом. Увидим — придём.
Приняв эту фразу за победу, я с уже большей уверенностью отправился приглашать других людей. Минут через пять я вернулся к фонтану и обнаружил, что там собралась целая толпа. Были даже те, кого я не только не звал, но и не видел в парке. Наверно, увидели, что народ собирается, и решили присоединиться, даже не зная для чего.
Зато вот тебя нигде не оказалось. Вот, значит, в чём подвох — собери людей, а потом выкручивайся, как хочешь?
Только я собрался разозлиться на тебя, как почувствовал за спиной сначала аромат мятной жвачки, а потом и твоё дыхание возле моего уха.
— Заберись на ограждение и прочитай, — ты сунул что-то ко мне в карман пальто, а потом исчез.
Когда я поднялся на каменное заграждение фонтана, собравшийся народ замолчал, очевидно, ожидая моего объявления. Я сунул руку в карманы, вынул смятую бумажку и развернул: «Станцуй для них стриптиз. Без слов».
Ну да, а чего я ожидал? Ты — не ты без розыгрышей.
Я уже опустил одну ногу, чтобы спрыгнуть на землю — подумаешь, я обманул кучу народу, к чувству неловкости и стыда мне не привыкать — но вдруг заметил, как к толпе присоединились Нильс, Росс и Мона. Их присутствие, плюс отсутствие Лайк, что-то замкнуло во мне, щёлкнул переключатель со скромного молодого человека на таившегося внутри него годами бунтаря. Я расстегнул пальто и бросил его вниз под дружное «ну, говори уже» от собравшихся студентов. На лицах людей я не заметил никакого недоумения, они словно ждали именно того, о чём попросил ты. Но мне всё равно было страшно услышать осуждение и увидеть отвращение на лицах, поэтому я достал из кармана джинсов наушники и телефон, включил себе мелодию, под которую мы с Джеммой репетировали номер на танцах, закрыл глаза с намерением открыть их только, если меня начнут бить, и стал танцевать.
Не знаю, насколько пластичными могли быть мои движения, учитывая уровень, сковывающего меня страха, но старался изо всех сил представить, что я совершенно один. Вниз полетел сначала свитер, затем и джинсы. Когда я дошёл до белья, я почувствовал, как чьи-то руки схватили меня и сняли с ограждения. Я открыл глаза и увидел Нильса и Росса. Нильс нервно улыбался, зато Росс, похоже, развеселился и в самом деле.
— Во даёт! — услышал я из толпы, которая только увеличилась за время моего танца. — Чувак, да ты — огонь!
Кто-то разочарованно вздохнул «и это всё?», кто-то крикнул «всё снимай!». Большинство девушек поддерживали меня возгласами, хотя некоторые и смущённо отводили глаза. Парней же было совсем не много, но даже они, похоже, не собирались воротить нос или кидать в меня тухлыми яйцами.
Нильс пихнул мне мою скомканную одежду.
— Одевайся! Не хватало, чтоб тебя выгнали из универа, когда да выступления всего неделя.
Я стал натягивать вещи, попутно обдумывая о каком выступлении идёт речь и пытаясь понять, что делает Мона. А она ходила среди толпящихся и раздавала им какие-то листовки.