— Нашёл! — помахал я конвертом у него перед носом.
Он шарахнулся от меня в сторону, но улыбнулся. Решив, что меня тут достаточно запомнили, я вышел на улицу. Отец ещё не звонил, поэтому я сначала снял всё, что у меня оставалось на карточке в банкомате, а потом преступил к самой важной и, вероятно, самой рискованной части плана.
Когда я добрался на такси до твоего дома, было уже темно. Я обошёл дом и задрал голову на третий этаж. Несколько окон горели, но сложно было понять, есть ли среди них твоё. Несколько минут я ждал, вдруг в одном из светящихся жёлтых квадратов появится твой силуэт, а потом решил попробовать попасть внутрь.
Входная дверь оказалась открытой. Я поднялся на третий этаж и постучал. Ты появился в проёме с недоумением на лице, но потом всё же впустил меня. Если бы не важное дело, я бы вряд ли рискнул приходить к тебе после того, как кричал у тебя под окнами. На вид ты мне не особо обрадовался.
Я прошёл вслед за тобой в комнату. Всего за несколько дней здесь успел появиться кавардак: одежда, книги и много чего ещё лежали в самых не предназначенных для них местах. Венцом всему этому оказалась коробка из-под пиццы, лежащая на раскладушке и пропитывающая комнату аппетитным ароматом.
На тебе были только спортивные шорты до колена и майка в чёрно-белую полоску. Никогда раньше не видел тебя в подобной одежде. Руки ты прятал в карманах.
— Ты надолго? А то я уже ухожу, — ты быстренько подобрал с пола свитер и натянул, взлохматив и без того неряшливую причёску.
Мне стало неловко от того, что я вот так без приглашения вломился в твою частную жизнь, где ты выглядел так, как тебе удобно, а не так, как хотел выглядеть при всех.
— У меня к тебе разговор, — выдавил я из себя.
Ты сел на подоконник и оказался напротив меня.
— Ну?
— А да…, — я замялся, не зная, с чего начать. — Можно я сяду?
— Валяй, — судя по твоему лицу ты и правда куда-то торопился. Или просто хотел избавиться от меня.
Я сел на стул, но оказался слишком близко к тебе, потом пересел на раскладушку, сдвинув пиццу, но так пришлось задирать голову вверх, до и коробка норовила соскользнуть на пол. Я снова поднялся.
— Ну же, Тейт! — поторопил ты. — Говори уже.
Я выпал в прострацию от того, как хорошо моё имя звучало из твоих уст, и даже немного разозлился на тебя, что ты не даёшь насладиться этим моментом. Но у тебя был настолько нетерпеливый вид, что я испугался, что ты прямо сейчас меня выгонишь, и я так и не сделаю то, зачем пришёл.
— Ребята в группе ищут деньги, которые Нильс получил за концерт, — начал я, остановившись посередине комнаты.
— А я тут причём? — перебил меня ты, причём с таким видом, будто на самом деле понятия не имел, на что я пытался намекнуть.
— Нильс думает, что их взял кто-то из группы. Вечером, после концерта. И он послал меня провести следствие. Потому что меня с вами не было, — слова давались с большим трудом, но ты молча слушал, поэтому я продолжал. — Я сходил в караоке-клуб, в котором вы были, поискал там и нашёл вот это, — уже чуть ли не заикаясь и чувствуя, что краснею, я вытащил из кармана пальто конверт и протянул тебе.
Ты взял конверт, вынул деньги и пересчитал.
— Не хватает, должно быть больше, — заявил ты с непроницаемым лицом.
— Да… Мне отец скоро пришлёт. Я положу ещё.
— Ну окей. А от меня чего хотел-то?
На этот вопрос я уже и не знал, что ответить. В планах всё должно было выглядеть иначе. Я надеялся, что ты признаешься, что взял деньги, попросишь не сдавать тебя, а потом отдашь мне оригинальный конверт, чтобы я отнёс его Нильсу. Пусть даже если ты и не решишь, что должен мне деньги. А в реальности получилось, будто это я виноват. Я и чувствовал себя так, словно признаюсь в преступлении.
— Хотел, чтобы ты был в курсе, — ответил я через плечо, отвернувшись и уходя к двери.
Мне потребовалось много усилий, чтобы не выдать обиду. Я боялся, что ты догонишь меня, поэтому вылетел в коридор чуть ли не бегом. Но ты, похоже, и не собирался останавливать меня. Несколько минут постояв на лестнице и так и не услышав твоих шагов, я отправился к себе домой.
Глава 42
Я долго думал, почему ты так поступил, почему не рассказал, что должен кому-то деньги и поэтому стащил их у Нильса. Ведь ты называл меня другом! Кто, как не друзья, могут быть посвящены в личные тайны?
Я бы обязательно поддержал тебя и помог бы, и не важно, кому ты задолжал и за что. Но, видимо, твой секрет был слишком личным, а мой статус как друга ещё не доходил до нужного уровня. К тому же, ведь есть тайны, которые не хочется рассказывать совсем никому. У меня таких много. Хотя тебе я бы рассказал. Но ты другой человек, я это прекрасно понимал, поэтому простил тебя и решил больше не обижаться.