Спустя час очень даже оживленного застолья Амира вспомнила про еще одни подарки, которые купил свекор для невестки, спешно презентовала их Карине, будто пытаясь бегло накинуть на нее дополнительные ожерелья, словно она была ёлкой, на которую поверх наматывают лишнюю мишуру. Матери были неинтересны эти украшения. Она весь вечер смотрела на сына и понимала, что эта посиделка устроена только на радость Карине. Ее сынок сдержал детскую клятву. Он не ел весь вечер, безучастно разглядывая богато накрытый стол в леденящем ознобе. Его действительно трусило. Ему так хотелось рассмеяться назло всему этому сюру.
А Амира... Амира рвала душу, вспоминая очертания застылой незнакомки и реакцию сына на эту маленькую, бледную, хрупкую девочку вдалеке. Трудно. Тяжело и трудно осознать, что их семья оказалась в таком безысходном положении. Невольно у матери проскользнула мысль о том, что ей нужно было молча простить мужа, не разводиться и не доводить все до этой злосчастной детской клятвы. Неважно, изменял ей Аслан или нет. Сыну больно. Это волновало ее гораздо больше честного семейного счастья.
Обговорив последние вопросы предстоящего торжества, одновременно с закатом солнца, семья Богаевых засобиралась домой.
На улице к Халиду подошел отец.
– Иди к Карине и позови ее прогуляться, – шепнул он, не отнимая глаз от виновницы пира. – Пообщайся со своей женой, обсудите свадьбу, успокой ее.
– Я не хочу, – равнодушно произнес сын.
Аслан взял его под локоть, отводя в сторону.
– Халид, не позорь нас! – процедил он тем же шепотом. – Позови жену, и давай без ссор!
– Нет! – отмахнувшись, заключил молодой человек и двинулся к машине.
Карина наблюдала за мужчинами, крепко сложив руки на груди. Ей был крайне неприятен тон супруга. С ней он монотонный, с отцом – вспыльчивый. Не так она представляла себе этот вечер. Ей в принципе было неприятно, что она до сих пор остается жить в родительском доме, но она уступает Халиду. Это он попросил, чтобы жена оставалась дома. Пройдет вторая свадьба, и она переедет к ним. А еще Карина приготовила подарок для мужа – дорогостоящие смарт-часы, которыми уже обзавелись все односельчане. В отличие от Халида, она не копила на них, а просто взяла карточку отца и купила. Их семья вполне могла позволить себе такие импульсивные покупки. Подарить их при всех могло обидеть Халида, потому девушка решила вручить продолговатую яблочную коробочку при личной встрече, например, сегодня. На ночной прогулке. А почему бы и нет? Только вот если он откажет, у нее в рукаве есть беспроигрышный козырь, которым она всенепременно воспользуется, и, если это случится, один из Богаевых очень пожалеет. Горячо любимая невестка и новоиспеченный свекор держат многолетнюю договоренность, крепко сжатую детской ручкой и мужской ладонью.
– Может, погуляем?.. – мягко спросила Карина, подойдя к приоткрытому окну автомобиля супруга.
– Нет, я устал, – сдержанно отказался тот, чуть повернув голову на голос жены.
– Но мы же завтра уедем, – озадаченно хмыкнула девушка. – Когда мы прогуляемся? В городе я буду занята. Мне еще столько надо сделать перед свадьбой. Там я не смогу никуда пойти.
– Карин, погуляй с кем-нибудь другим! Я тебе разрешаю! – закрепил отказ Халид, тут же закрыв окно.
Та, защитно улыбнувшись такому резкому ответу мужа, отвернулась от него и пошла к родителям. Добродушно попрощавшись со старшими Богаевыми, она поспешила к себе в комнату, не сдерживая слез. Девушка решила пока не говорить о поведении Халида. Это их семейные проблемы, о которых не стоит знать никому. Вторая свадьба – формальность. Главное, что они уже одобрены небом как муж и жена.
Богаевы ехали в тотальной тишине. Амира все поглядывала на сына, но спросить что-то при супруге уже не решалась, лишь бы не спровоцировать новую перепалку мужчин, а по приезде домой проводила безэмоционального Халида в комнату и присела за стол к мужу, привычно каждому дню ожидающему от жены горячий чай перед сном.
– Тебе не кажется, что ты слишком резко разговариваешь с ним? – тихо спросила она, ставя на стол две чашки с ароматным листовым напитком.