Дания понимала, что через мгновение случится то, чего она никогда в жизни не чувствовала и хотела бы почувствовать совершенно с другим человеком, но он ограничил доступ к своей странице!
Только сейчас, когда руки Дениса уже снимали с нее одежду, она осознала, что все это время с друзьями ей хотелось бежать отсюда сломя голову. И бежать не к кому-то, а к нему, лишь бы он еще раз прикоснулся к ней своими искренними, ласковыми, робкими руками; лишь бы он еще раз коснулся ее запястья и поцеловал; лишь бы он еще раз посмотрел в ее глаза и заалел; лишь бы это он сейчас снимал с нее одежду и проходил губами по нагому телу; лишь бы это делал все ОН, но пользователь ограничил доступ к своей странице!
На последнее в ее девственные годы раздумье оставались лишь доли секунд. Они уже полностью обнажены, а доступ к его странице продолжал быть ограниченным!
Сглотнув неуверенность, смешанную с соленой обидой, Дания приняла выбор родителей, позволив ему стать первым и последним для нее мужчиной в этой взрослой, трудной и порой несправедливой жизни…
Раздел 4.2.
Следующим будним днем, когда на улице уже давным-давно оживился весь местный люд, в «усадьбе Остаповых» неторопливо начала пробуждаться вялая жизнь.
Тишина. В доме перекати поле. Панорама первого этажа еще доносила немые отголоски вчерашнего веселья и оторвы. Второй напоминал гостиницу, поскольку на этом уровне располагалось большее количество гостевых комнат с затесавшейся где-то в самом отдаленном уголке отчей постелью. Под крышей волновалась теснота.
Дания лежала на холодной простыне, наполовину прикрыв себя одеялом. Вторую же часть ее нагого тела накрывала расслабленная мужская рука, пересекающая оба женских полушария груди, слегка ухватившая девушку за тонкое горло. Казалось, еще мгновение, и эта рука дернется от непроизвольно вызванного гипнотического рывка, как при погружении в глубокий сон.
Неловко... Неловко, потому что сейчас, смотря в потолок и осмысливая содеянное, ей хотелось рыдать, только она не могла. Он мог почувствовать ее дрожание и навалиться с расспросами. А разговаривать она чисто физически не могла. Каждая клеточка тела ныла, напоминая о прошлой ночи. Мысленно Дания уже задушила себя собственными же тисками неумудренности на двадцать шестом году жизни.
Оккупировав все душевые комнаты родового поместья врачей, три удовлетворенных парочки и два их самоудовлетворенных холостых друга насладились утренним душем и уже спустились на первый этаж для опохмела и позднего завтрака.
После легкого перекуса лапшой быстрого приготовления и утоления жажды жидким хмельным, парни приняли привычное положение на диване, вцепившись в приставку, в то время как девушки, по окончании небольших процедур с косметическими средствами, привели себя в божеский вид, и пока Дарья отлучилась в уборную, Верочка ухватила Данию за руку и повела на все ту же качель откровений, на которой они вчера провели свой приватный разговор.
– Ну что?! – с энтузиазмом спросила Верочка. – Что ты вчера решила?!
Дания грустно вздохнула, молча кивнув.
– И как все прошло?.. – продолжила подруга, уже слегка поникнув, глядя на бледную собеседницу.
Девушка сглотнула перед ответом, дав себе время на «подумать», после вновь перевела дух и наконец заговорила:
– Как будто что-то не так… – прошептала она, лишь бы их никто не услышал. – И еще мы не предохранялись…
Верочка распахнула глаза, махнув головой.
– Дань, нет! Только не говори, что вы… – замолкла она и протянула руки, кажется, найдя в своей голове выход из положения: – Так, стой! У меня кое-что есть. В течение дня выпиваешь и надеешься на лучшее, – договорила подружка и подскочила с качели.
Дания, точно зная, за каким препаратом поторопилась Верочка, тут же схватила ее за руку, потянув к себе.
– Нет, Вер. Не надо. Если я забеременею, значит, так суждено.
Та присела обратно.
– Думаешь?
– Да, Вер. Я не буду никого убивать. Тем более Денис мне не чужой человек…
– Ну смотри сама. И знай, я всегда тебе помогу!
Дания улыбнулась, благодарно обняв подругу.
– О да! Твоя помощь в этом случае мне особенно понадобится!
Из дома вышла Дарья, вдумчиво крутя головой по сторонам.
– Девочки! – крикнула она, найдя добычу. – Вы почему меня оставили одну?!
– Дашуль, блин, мы не специально… – мило ответила Дания, обманчиво похлопывая ресничками.