– Уй-й-й, ты-ы-ы ж-ж-ж! – чертовски опешил Халид, заводя мотор не только машины, но и придерживая свой. – Выглядишь – бомба!
Дания лестно улыбнулась, стеснительно опустив глаза на переплетающиеся пальчики на коленках.
– Это единственное, что нашлось у меня для велопрогулки... Леггинсы вообще домашние...
Молодой человек строго заверил, продолжая разглядывать отраду сердца:
– Такую красоту прятать надо, а я, дурак, везу тебя на люди!
Девушке ничего не оставалось, как смущенно приударить его по плечу, только чтобы не залиться в еще более стойкой красноте щек и ушей.
– Едь давай! Красота!
Остановившись у гаража, пара вышла из автомобиля. Халид галантно пропустил возлюбленную вперед, лишь бы всласть насладиться ее фигуркой еще и сзади.
– Пойдем выберешь себе велик... – зачем-то произнес он то, что она и так уже знала, остановив взгляд на ее манящих ягодицах.
Дания обернулась, оглядывая его с ног до головы.
– У тебя их там много, что ли? – спросила она и хохотнула, заметив, что он застыл глазами на ее пятой точке.
Молодой человек чересчур довольно глянул на нее, еще не придя в себя.
– Достаточно, чтобы выбрать!
Отворив ворота, Халид указал на стену.
– Выбирай любой.
Девушка повела головой вбок, бегая глазами по разнообразному выбору велосипедов.
– Ого! Не заметила их в прошлый раз… Зачем тебе так много?
– Ну, тут один мамин – белый. Другой, красный, папин. Синий – Салима. Остальные два тоже родственников.
– А твой где?
Халид ухмыльнулся.
– Угадай, какой из них мой.
Дания склонила голову на плечо, внимательно рассматривая велосипеды.
– Вот этот черный, – предположила она, указав пальцем впереди себя.
Парень удивленно усмехнулся.
– Угадала!
Девушка довольно подмигнула ему.
– Видишь, как я уже хорошо тебя знаю!
Халид смерил ее оценивающим взглядом.
– Поэтому ты вся в черном?
Дания закатила глаза, услышав очередную приятность в свою сторону.
– Вообще-то это и мой любимый цвет! – слукавила она. В черном она действительно лишь из-за него, ибо подметила, что эта расцветка с головы до ног окружает молодого человека в каждой его вещи. Ее же излюбленный цвет – белый. В тон рабочему халатику.
– Ну тогда поедешь на моем, а я возьму Салима, – заключил Халид, потянув за собой стремянку.
Влюбленные крутили педали более часа, наслаждаясь романтической велопрогулкой. Городские просторы, ограниченные в своих возможностях, предлагали не так много маршрутов для активного отдыха: уютный городской парк; узкая грунтовая дорога, усыпанная мелкими камешками, ведущая к зеркальной глади искусственного озера; условная «промзона»; и протяженная асфальтированная дорога вдоль бескрайних полей с золотящейся кукурузой и подсолнухами.
Халид устроил для Дании настоящее цирковое представление, которое так сильно желал показать еще этой теплой зимой: он то обгонял ее и натыкался на штырь, ловко группируясь и перелетая через велосипед; то внезапно подрезал ее, увлекая их обоих в шутливую возню на сухой земле с хрустящими на зубах поцелуями; то неожиданно подъезжал к ней, ущипнув за ягодицу, а затем резко тормозил и падал на ухабистую дорогу.
Всевозможные виртуозные трюки с руками на руле и без в исполнении влюбленного нулевого пациента были продемонстрированы на всех доступных поверхностях.
Несколько раз, когда девушка юлила по неровному щебню и уже практически падала наземь, Халид стремительно спрыгивал с велосипеда и бросался к возлюбленной, дабы та не нанесла себе крупные увечья. Но, несмотря на все эти волнительные моменты, Дания хохотала до слез, наблюдая за его шкодливыми проделками, невзирая на появление новых шальных ссадин.
Их ночная прогулка бросила якорь на лавочке в глубине городского парка.
Раздел 5.2.1.
В единственном парке развлечений на просторах провинции царила умиротворяющая атмосфера.
Редкие прохожие неспешно прогуливались по аллеям, наслаждаясь легким ветерком, несущим с собой аромат цветущих лип и наливных яблонь. Их зеленая листва шелестела на ветру, создавая успокаивающую мелодию.
Несколько аттракционов и пустая детская площадка казались заброшенными, навевая мысли о былом ребяческом смехе.