— Поцелуй меня, — шепчет и тянет к себе за плечи, обхватываю его талию ногами, зависаю невесомая в воде, ощущаю его возбуждение, упирающееся мне в плавки купальника.
Выполняю просьбу, прижимаюсь губами к его, закрываю глаза и отдаюсь ощущениям. Нежно, ласково, возбуждающе. Соски напрягаются и ждут ласк его ладоней. Понимаю, конечно, что вокруг столько людей. Краснею.
Как я могла позволить ему зажиматься при всех этих людях?
— Пойдём наверх, — Дима отталкивает меня слегка и тянет за собой на выход.
"У него же стояк!" — проносится в моей голове, но Дима в шортах, они скрывают его возбуждение.
В комнате он оставляет на полу мокрое бельё, развязывает моё, оставляя нас полностью обнаженными.
Целует меня в затылок, прижимается эрекцией к пояснице, подталкивает к кровати. Я встаю на локти и колени, прогибаю поясницу и чувствую как он наполняет меня до упора.
Я тихонечко стону, мысленно надеясь, что стены дома обладают высокой шумоизоляцией. Мой мужчина большой, его проникновения сложно терпеть молча.
Вскоре для меня всё заканчивается отобравшим все силы оргазмом и я падаю под Димой на живот, вытянув руки вперёд по покрывалу,, ощущая жёсткую предоргазменную Димину долбёжку моей промежности.
Чувствую как между ногами становится спокойнее и теплее от Диминого удовольствия, матрас пружинит, Дима покидает меня:
— Пойду сгоняю в бар за едой, за дверью если что душ.
— Я без сил, подай, пожалуйста, салфетки, — произношу и вытерев себя почти сразу же проваливаюсь в сон.
**
Просыпаюсь от того, что в комнате жарко, я раздета, но влажная от пота. Димы нет. Присаживаюсь, собираю ладонями прилипшие к шее волосы и пытаюсь их собрать в шишку. Оглядываю комнату в поисках чем бы заколоть волосы на макушке, и встречаюсь взглядом с Антоном, приоткрывшим в этот момент дверь в нашу комнату из коридора.
Глаза мужчины замирают на моих глазах, скользят по губам и ниже. Меня охватывает ступор. Я раздетая. От слова совсем.
Его взгляд, почти ощутимо, касается моей груди, следует по животу к лону.
Лицо Антона кривится в подобие улыбки, я подтягиваю к себе подушку и прикрываюсь ей. Из коридора слышу голос Димы и бегу в душ.
Я знаю, что мужчины, как друзья, достаточно близки, но нормально ли то, что Антон разглядывает меня раздетую?
Разве девушка друга не табу?
_______________________________
Если у Вас есть вопросы по истории - приглашаю Вас в мою группу ВКонтакте.
6.
В детстве мы много мечтаем.
Перед сном о предстоящем, выходных и каникулах, встречах с друзьями. Мечтаем о подарке на день рождения, на новый год, о том как будет весело и хорошо. Много о чём мечтаем.
Представляем себе взрослую жизнь.
В её несомненно радужных цветах.
Для девочек обязательно белое платье и фата, свадьба и статус замужней женщины с детьми, хранительницы очага, с любящим и заботливым мужем.
В детстве я, стоя перед бабушкиным трельяжем, примеряла на себя белую прозрачную тюль. Как фату.
Естественно мы с подругами и кукол всех переженили.
Дима сегодня вернулся с работы раньше, засел на кухне, сказал, что поработать может и дома, нечего до ночи торчать в офисе.
До того мы встретились на лестничной площадке, когда я закрывала дверь, планировав добежать до ближайшего магазина и купить необходимых ингредиентов для мяса по-французски. Говядина уже два часа как впитывала маринад. И тут я вспомнила о сыре и луке. Их а холодильнике не оказалось.
— Попалась, — схватил меня довольный Дима и поволок в квартиру, на ходу вбирая губами мою кожу в области шеи, покусывая и тут же зализывая.
Минуя порог я поняла, что рука его уже вовсю хозяйничает в спущенных на бёдрах джинсах и трусиках, а он сам, скинув обувь и подхватив меня под колени, плечи несёт к дивану.
— Упрись руками в спинку, — командует и спустив мои одежду и бельё, предварительно повозившись со своей ширинкой, упирается в меня своим горячим возбуждением.
Его упругость касается внутренней стороны моего бедра, промежности, клитора, я подмахиваю ему попкой дразня, слышу звучное "р-р-р" и меня наполняет его длина. Закрываю глаза испытывая приятный момент проникновения. Я возбуждена не меньше чем мой мужчина.
Толкается бёдрами в меня, а я хватаю воздух ртом, трусь сосками о грубую ткань дивана. Дима наращивает темп, врезается со всей силы, именно этого звериного траха, на четвереньках мне так не хватало. Мощно, с напором. Вышибающе дух.