Когда удается хоть как-то придти в себя, Саша отрывается от меня и падает рядом.
Мы оба лежим на матрасе голые, раскалённые и в то же время опустошённые.
Я с упоением рассматриваю потолок, боясь повернуть голову в сторону Саши. Возвращаются мысли. Возвращается реальность. На самом деле боюсь посмотреть на него и увидеть в нём радость или ликование от произошедшего сейчас. Потому что мне самой ни разу не радостно. Мне страшно. Всё моё возбуждение вдруг перерождается в липкий и неприятный страх. Если мы только что творили друг с другом ТАКОЕ, абсолютно не контролируя себя, тогда что же мы можем сотворить в принципе? Это был не тот домашний секс - милый, уютный, ласкающий, к которому мы привыкли. Это было что-то…
-Жалеешь? – по-своему трактует наше молчание Чернов.
-Скорее боюсь, - куда-то в потолок отвечаю я.
-Чего? – чувствую, как Саша поворачивает голову в мою сторону, но сама так и не отваживаюсь взглянуть на него.
-Того, что будет дальше. Саш, нам же крышу в конец сорвало. Какие тут нафиг сознательность и выбор, если мы даже контролировать себя не в состояние?
-Тебя напугал наш…напор? – с хрипотцой в голосе уточняет он.
-Меня пугает, что мы оба психи. Как ты думаешь, бывают истерики на почве секса?
Сашка хмыкает, а потом касается моей щеки, заставляя повернуть голову к нему. Он тоже не выглядит радостным, скорее потерянным и обескураженным.
-Считай, что воздержание и разлука в полгода возымели свой эффект.
Его слова не успокаивают меня. Но и возразить тоже нечего.
Мы с ним ещё какое-то время разглядываем наши обалдевшие лица, пока Саша не перегибается через меня, поднимая откуда-то сбоку одеяло, накрывая им наши тела. От этого становиться немного легче, теперь душа не кажется столь оголённой. Потом его руки разворачивают меня на бок и притягивают к себе. Мы лежим обнявшись, я запускаю свои пальцы ему в волосы, а Саша лениво водит ладонью по моему бедру.
-Знаешь, мы просто повторяем нашу историю, - шепчут его губы.
-Не было такого, - возражаю я.
-Но ведь могло. Просто тогда была твоя мама, которая развела нас по разным углам. И у нас было время, чтобы созреть для этого всего.
-А сейчас сознание не сработало?
-Примерно, - Саша нежно целует меня в лоб. – Извини, если поторопились. Если напугал тебя. Просто… это было важно, я бы даже сказал, что необходимо, понять, что мы всё-таки вместе, несмотря ни на что.
-Да ладно, я всем довольна, - успокаиваю я его, а потом осторожно добавляю. – Лучше так.
-И как это понимать?
На какое-то мгновение мне кажется, что возможно было бы лучше промолчать. Но потом сама же себя одёргиваю, что это путь в никуда.
-Я паниковала только от одной мысли, что нам предстоит опять начать спать вместе.
Он отстраняется от меня и с удивлением заглядывает в моё лицо.
-Это настолько ужасно?
-Да нет. Понимаешь, я так боялась, что начну сравнивать. То, какими мы были и какими стали. Вдруг я бы нашла в тебе то, чего не было раньше? Что пришло от неё… в нашу постель.
-Сань…
-Не говори ничего. Правда. Не хочу ничего знать. Наша постель, только наша. И больше… я не хочу в неё никого пускать. Ни в разговорах, не в мыслях, никак. Это тоже мой выбор.
Он тянется к моим губам и целует их коротким быстрым поцелуем, а потом просит:
-Прости меня. Я – кретин…
-Уж я-то знаю…
Ему остаётся только хмыкнуть.
Мы долго лежим, просто обнимая друг друга. Пока на улице в конец не темнеет, и мир вокруг нас не погружается во мрак. Сейчас наш матрас напоминает мне остров, на котором мы укрылись от окружающей нас действительности. Но так не может продолжаться вечно, поэтому я задаю ему свой вопрос:
-Саш, ты чувствуешь облегчение?
Он отвечает не сразу, и его заминка в разы красноречивей всех возможных слов.
-Нет.
-И я нет.
Что ж мы такие с ним замороченные?
Я встаю с нашей импровизированной кровати.
-Ты куда? – удивляется Сашка.
-Домой. Дети же…
-Думаю, что они тебя не потеряют, - с иронией в голосе сообщает он. – Они всё понимают.
-Вот именно, что всё. Мне же им потом с утра в глаза смотреть и пояснять, где была мама.
-У папы.
-У папы, - предразниваю я Сашу, собирая по полу разбросанную одежду. – И чем они там занимались?
-Чем надо, тем и занимались, - в этот момент у него очень самодовольный вид.
-Ты не выносим, - закатываю я глаза и кидаю футболку в Сашкину голову. Он легко от нее уворачивается.
Прошу показать, где находится ванная комната, и иду в указанном направлении с ворохом одежды в руках. В коридоре горит тусклый свет, который не даёт мне заблудиться в незнакомой квартире. Уже сейчас понимаю, какая она большая и просторная. Должно быть, места здесь хватит всем. Но эти мысли мне не нравятся. Будто я примериваюсь и оцениваю. Если расценивать всё буквально, то можно подумать, что я продалась… за жилплощадь.
Господи, почему мне надо обязательно о чём-то думать, в чём-то сомневаться, накручивать себя. Нет, чтобы просто идти и наслаждаться моментом, отдаваясь на откуп своим ощущениям. Чувствовать, как слегка покалывает кожу на лице, шее и груди от мужской бороды. Думать о приятной усталости в ногах и лёгкой боли в бёдрах. О распухших губах и обнажённом мужчине, с которым мы только что творили всякие непотребства. Так нет же, иду и гружусь непонятно от чего.
Хватит, хватит уже изводить себя. Я даже ванную толком не разглядываю. Быстро ныряю в душевую кабину под горячие струи воды.
Вот почему так. Его нет – я парюсь. Он есть – я опять парюсь. Как же я хочу, чтобы всё было просто и легко. Хочу облегчения!
В ванной нет полотенец, поэтому приходится надевать одежду на влажное тело.
Саша обнаруживается в коридоре, одетый в джинсы и флисовую рубашку, с упоением жующий банан.
-Хочешь? – протягивает он мне уже надкушенный фрукт. На что отрицательно мотаю головой.
-Оголодал?
-Это от стресса, - с хитрым видом поясняет он. Смотрю на него с недоверием. Приходится дальше продолжать мысль. – Нет, ну правда. Одно только твоё присутствие рядом заставляет кровь бежать быстрее по венам. Я когда в юности приходил от тебя, жрал как не в себя. Мать всегда безошибочно понимала от куда я пришёл.
- А потом куда что делось?
-Потом ты стала моей, - довольно подводит он итог.
-И можно было не нервничать?
Неопределённо пожимает плечами, отправляя сразу половину банана в рот.
Я начинаю обуваться и только сейчас замечаю, что Саша тоже уже стоит обутым в ботинки.
-А ты куда?
-Как это куда? – дожёвывая удивляется он. – Тебя провожать. Или ты думала, что я тебя одну в ночь отправлю?
Теперь моя очередь пожимать плечами. Правда, жевать мне нечего, поэтому и спрятаться от Сашиного пристального взгляда у меня не получается.
-Да тут недалеко, вроде как…
Чернов недовольно морщится.
-Ты когда уже начнешь думать о своей безопасности? Сань, не всё в этой жизни надо на себе тащить. Учись принимать заботу о себе как должное.
-Какая безопасность, от чего? Саш, я в школе местной работаю. Вся местная гопота – мои ученики, - предпринимаю я слабую попытку сопротивления.
На это он ничего не отвечает. Видимо считает, что бессмысленно спорить с моей глупостью. Поднимает с пола мою верхнюю одежду, которая аккуратной стопкой лежала у стены рядом с его курткой. И когда только успел, я ж не так долго была в душе.