-Ладно, давай двигайся, я устал уже от этого кресла.
Не сразу понимаю, о чём он, но когда начинает разуваться, я всё же сдвигаюсь к краю кровати. Двигаться, кстати, больно, но нам всё равно. Он ложится рядом, а я прижимаюсь к его груди. В его объятиях тепло и надёжно, моё самое безопасное в мире место.
-Как же ты меня напугала… - вздыхает он.
-Саш…
-А?
-Я тебя люблю.
Он даже замирает. Да, кажется, я немного с этим затянула. Признаваться первый раз мужу в любви спустя четыре года брака и троих детей, старшему из которых уже шесть, как-то странно.
-Знаешь, если мне ещё раз придётся пройти через подобное, чтобы опять от тебя услышать эти слова, то мне легче тебя убить, клянусь.
-Не надо проходить…Я люблю тебя.
Сашка заправляет мои волосы за ухо и целует куда-то за него.
-Знаю, родная, знаю.
Глава 35.
Вырубаюсь я прямо в коридоре. И уже потом сквозь сон чувствую, как сильные Сашины руки поднимают меня с пола. Когда он укладывает меня на диван в комнате мальчишек, пытаюсь слабо возражать, но разве он слушает? Лишь только укрывает одеялом.
-Спи, Кареглазая, спи.
Бормочу что-то себе под нос, но сознание уносится куда-то далеко.
Просыпаюсь спустя пару часов от того, что кто-то бухается рядом со мной на диван. Еле продрав глаза, сразу же упираюсь взглядом в тёмную макушку, лежащую на соседней подушке. Такие смешанные чувства, что дыхание сбивается. Тяжело выносить Сашино присутствие вот в такой близости от себя, в своей постели, в своей... жизни. С другой стороны, это почти сродни спокойствию. Нет, не успокоению, а именно спокойствию, когда всё на своих местах. Как будто это правильно, что его место здесь, со мной в одной кровати и на соседней подушке. Не понимаю, чего хочется больше, оттолкнуть его или прижаться.
Пока внутри себя мечусь между двух вариантов, макушка поворачивается ко мне лицом... Стас. И нет мне никакого облегчения, одно лишь глупое разочарование.
Ребёнок сонно рассматривает меня. Вроде как и не спит, но и проснуться тоже не успел.
-Ты чего здесь?
-Наверху душно.
Вытаскиваю руку из-под одеяла и кончиками пальцев касаюсь лба Стаса. Горячий. Испытываю облегчение, словно с моих плеч сняли неподъёмный груз. А потом сама же злюсь на себя за это - получается, что я ставлю интересы одного ребёнка над интересами другого? Гадство какое. Но ничего не могу с собой поделать, Ромин диагноз, видимо всю оставшуюся жизнь будем преследовать меня.
- Лоб горячий, надо температуру померить, сейчас градусник принесу, - перелажу через Стаса и пытаюсь встать с дивана, но, то ли от нервов, то ли от бессонной ночи, чуть не падаю обратно, Стас ловит меня сзади. Голова кружится, как я сразу-то этого не почувствовала?
-Ма, ты в порядке? - поддерживает меня за локоть сын.
-Да, ноги затекли... Ложись, я сейчас.
Смотрит на меня с недоверием, но я выдавливаю из себя улыбку и укладываю его на подушку, и хорошенько укрываю одеялом, хотя тот и бурчит, что ему и так жарко.
В коридоре пусто, зато на кухне уже не спят. Через дверной проём вижу Ромку, который сидит на диване и вполне жизнерадостно поедает завтрак и что-то смотрит в планшете. Сейчас он выглядит заметно лучше, чем ночью. А может быть, это моё больное воображение видело то, что ему хотелось? У страха же глаза велики.
Просто стою и разглядываю Рому. Долговязый, худощавый. Как бы его не кормила, всё не в коня корм, хомячьи щёки к нему так и не вернулись. Всегда модно уложенная чёлка, сейчас прилипла ко лбу, видимо хорошенько пропотел за ночь. Волосы у него мелируются лет с 12, Сашка был против, а по мне, пусть хоть в зелёный красится, лишь бы... Лишь бы было, что мелировать и стричь. Образ облысевшего и безбрового ребёнка до сих пор сидит где-то в памяти.
-Пап, а давай всё-таки на премьеру Паучка нового сходим?
- Ну, уж нет, мне премьеры Мстителей на всю оставшуюся жизнь хватило.
С моего места не видно всю кухню, поэтому пока я разглядывала сына, даже не подумала о том, где сейчас может быть Чернов
- Да ладно тебе, по-моему клёво было. Весь этот косплей.
-Это тебе клёво, а мне показалось, что я попал на фрик-шоу. И ладно если б дети были, так взрослые же люди! Давай лучше чуть потом, а не на премьеру?
-А с ними зато атмосферней!
Слова-то какие мы знаем, «атмосферней»...
- О, мама проснулась, - совсем некстати замечает меня Рома. Мне нравилось слушать их разговор, такой домашний и уютный. Не хотела им мешать. Приходится выйти из своего коридорного укрытия.
Сашка стоит у плиты и пьёт кофе, видимо только сварил, на плите стоит турка. Странно, что я запах не почувствовала. В отличие от Ромки, муж действительно смотрится неочень - небритый, помятый, с красными глазами.
-Как ты себя чувствуешь? - сразу же спрашиваю у сына, лишь бы не пялиться на Сашу.
-Нормально.
-Температура спала, 36,9, но это остатки, - поясняет Чернов.
Температура. Чёрт, Стас же. А я тут торможу стою.
-А где градусник? У Стаса тоже, кажется, температура. Должно быть, инфекцию какую-то подцепили.
Интересно, Саша тоже испытывает облегчение от мысли, что не только Рома болеет? Но по выражению его лица ничего не понять, а я и не всматриваюсь. Неправильно это искать в нём, пусть данное чувство будет только моим преступлением.
Хоть Саша и сказал, что температура спала, всё равно подхожу к Роме и пытаюсь пощупать его лоб, но он уворачивается.
- Да в порядке я!
Сопротивляется, значит действительно лучше.
-Я его ещё дважды лекарством напоил, - встревает Сашка.
-Ты вообще не ложился? - наконец-то я напрямую общаюсь к нему.
Он устало улыбается и разводит руками:
-Спальные места закончились.
Значит, он меня вчера всё-таки услышал. И что я могу на это сказать? После сцены в ванной? Так, ладно, займёмся старшим ребёнком. Саша протягивает мне градусник, хочу забрать его, но он отводит руку:
-Знаешь...
Я в растерянности смотрю на него. Тут, правда, перед лицом появляется его вторая руку, и я точно как Ромка на автомате уворачиваюсь от неё.
-Знаешь, по-моему не только мальчики что-то подхватили.
-Что?
Саша вздыхает, и мне кажется, что раздражённо. Видимо не нравится, что я увернулась от его прикосновения.
-Ты красная вся, по-моему у тебя тоже температура, померь.
Он опять протягивает мне градусник, но я включаю упрямство.
-Сначала Стас.
И выхватив пресловутый градусник, разворачиваюсь и ухожу в спальню к пацанам.
Пока Стас валяется с градусником под мышкой, разглядываю спящего Дама. Странно, что он так и не проснулся со всеми нашими кроватными перетусовками.
Сейчас только шесть утра, а мне кажется, что прошёл не один день со вчерашнего вечера.
37.6, замечательно.
-Ну и где вы заболели?
Стас неопределённо жмёт плечами.
-Где-то.
-Да уж где-то. Лежи, я тебе сейчас порошок разведу.
Как только появляюсь на кухне, Саша тут же протягивает мне кружку с горячим лекарством:
- Это последнее. Сейчас в аптеку схожу.
- Я сама схожу, - зачем-то начинаю я протестовать.
-Саня!
Не знаю, начали ли бы мы спорить дальше или нет, если б не любопытный взгляд Ромы. Да, не хватало ещё при ребёнке отношения выяснять.
Возвращаюсь к Стасу, но тот уже уснул. Всё-таки бужу его.
-Ребёнок, выпей.
Пока Стас пьёт из кружки, я натягиваю его толстовку, свою одежду неохота искать. Хорошо, что я так и уснула вчера в штанах. Голова болит, что аж сил нет. А ещё в комнате ужасно душно. Наверное, Чернов прав, и у меня на самом деле температуру. Но из принципа собираюсь идти в аптеку сама. Из какого такого принципа не знаю, но мне почему-то очень стыдно, что позволила себе быть слабой при нём. За то, что он отнёс меня на диван, а я потом ещё терзала себя из-за его макушки. Ладно, голова-то была Стаса, но переживала я из-за мужа. И не нужна мне его забота. Вон, пусть о свей блондинке заботится, и не важно, что у них там было. Просто секс, или семейная жизнь со всеми вытекающими последствиями.