Незнакомец неприятно дернулся, резко повернувшись ко мне.
-Девочка, не лезь не в своё дело!
-Я вам не девочка! А вы… А вы не родственники Аланы! Я вам не верю!
Боже, какой же наивной я была в тот момент. Реально же… девочка. Но я тогда ещё верила в то, что в этом мире всё должно быть по справедливости.
Мой собеседник лишь хищно улыбнулся. А меня ещё больше от этого понесло.
- Я в полицию обращусь! Мой муж – юрист! Мы докажем…
Но договорить мне так и не дали. Мужчина налетел на меня, придавив рукой к стене, я и опомниться не успела, только пакет с продуктами из рук выронила. Хотела закричать, но чужой локоть давил мне на горло, не давая нормально дышать. Вместо крика выдался жалкий хрип. Вот тут мне стало страшно.
Незнакомые глаза, полные ненависти, жадно прошлись по мне.
-Я же сказал, не лезь туда, куда тебя не просят. Смелая, да? Сейчас проверим насколько, - он схватил меня за волосы. Больно.
А потом меня очень сильно мотнуло в бок, так как моего мучителя отбросило в сторону, и он по инерции потащил меня за собой. Чуть не упала на него сверху, но Саша успел меня поймать.
Он выскочил в подъезд в одних домашних шортах, и теперь стоял босой на бетонном полу и с голым торсом. Лицо перекошено от ненависти, из ушей чуть ли не пар валит. Завёл рукой меня себе за спину, а сам на незнакомца так глазами и стреляет, сжимая-разжимая свои кулаки.
Мужик лежит на спине на полу, но, несмотря на это, в нём нет и следа страха. Поднимается на локтях и уже с презрением смотрит на Сашку.
-Так это ты у нас юрист что ли? А мы тут как раз с твоей куколкой беседуем. Как-то ты не вовремя, парень, глядишь, мы бы с ней и до взаимопонимания дошли…
Он говорит это так скабрезно и противно, что я невольно подаюсь вперёд, в надежде его пнуть. Но Сашка перехватывает меня и совсем немягко разворачивает в сторону нашей открытой квартиры.
-Домой иди!
-Но…
-Саня, я сказал домой!
Чернов говорит это таким голосом, что при всём желание противоречить ему у меня не получается. Я захожу в квартиру, а муж резко захлопывает за мной дверь. Я тут же несусь в спальню за телефоном, надо звонить в полицию, срочно звонить в полицию. От хлопка двери и наших разборок в подъезде проснулись дети. Заспанный Стас появляется в коридоре.
-Мам, всё в порядке?!
Нет, ничего не в порядке. Я пытаюсь через дверной зрачок рассмотреть, что происходит за дверью, но ни черта не видно.
Судорожно набираю нужный номер, но всё время попадаю мимо. Блять!
-Стасик, всё хорошо. Всё хорошо. Глянь, девочек, пожалуйста. Они, кажется, проснулись.
Близняшки действительно подали голоса в спальне. Но Стас не двигается и смотрит на меня с подозрением. Я, наконец-то, набрала нужный номер, и в трубке раздаются первые гудки, когда входная дверь открывается и появляется Саша. Вроде бы без особых повреждений. Перехватывает мою руку с телефоном и сбрасывает звонок.
-Не надо.
-Но…
-Не надо, я сам! – отрезает он и уходит в спальню. Запираю дверь на все замки и бегу за ним в спальню. Стас за мной. В спальне Саша уже вытащил недовольных дочек из кроватки.
-Стас, забери девочек к себе.
-Пап…
-Я. Сказал. Забери. Девочек, - каждое слово он выплёвывает из себя, явно стараясь не сорваться на крик. Сын слушается, берёт сестёр за руки и выводит их из комнаты. Я закрываю очередную дверь.
-Саш…
-Никогда! Слышишь, меня! Никогда не лезь с разговорами к непонятным людям! Не пытайся решать что-либо сама! Слышишь! – его практически трясёт от бешенства. Никогда не видела его таким. Замираю на месте. А самой так обидно в этот момент! Со мной-то он за что так разговаривает!
-Не кричи на меня!
Но Сашка меня не слышит, ещё какое-то время ругается, чуть ли не орёт. Затем в один шаг преодолевает расстояние между нами и прижимает меня к себе. Больно кстати прижимает, но я не вырываюсь.
- Ты хоть понимаешь, что с тобой могло произойти? – он уже просто говорит, но в каждом его слове сквозит испуг, который тут же передаётся мне. Я сама ещё сильней вжимаюсь в него и кручу головой. – Санечка, пожалуйста, больше не делай так. Люди они разные бывают… В том числе и полным дерьмом. Понимаешь?
Мне остаётся только кивнуть.
Чернов целует меня куда-то в щёку, чуть ли не в глаз, и отпускает. Потом идёт к шкафу и достаёт оттуда одежду.
-Куда?!
-Сань, я с этим уродом ещё не закончил. Я сейчас пойду. А ты закроешь за мной дверь и будешь заниматься детьми.
-Нет!
-Да! Со мной ничего не случится, - он одевается, натягивая на себя джинсы и свитер. – Я скоро вернусь, а ты будешь здесь, и ничего не станешь предпринимать. Поняла?
Упрямо поджимаю губы.
-Александра, мать твою! Чтобы решить эту проблему, мне надо быть уверенным, что вы в безопасности. А если ты опять решишь сама искать справедливости… То мне легче тебя в ванной запереть.
-Саша…
Он опять подлетает ко мне, обнимает и клянётся в самое ухо:
-Со мной всё будет хорошо!
А потом отпускает и уходит. Я так и стою посреди спальни, пока из коридора не доносится его властное:
-Дверь закрой!
Он пришёл спустя пару часов. За это время я успела вся известись. Даже злиться начала из-за того, что не торопится. Думала, что когда увижу, истерику закачу. Но когда Саша действительно появился на пороге квартиры, смогла лишь повиснуть на нём. Детям оставалось только стоять и удивлённо хлопать на нас глазами.
А потом мы заперлись в комнате, и у нас был долгий разговор, выбивающий всякую почву из-под ног.
-Где ты был?
-С твоим утренним знакомым встречался. И ещё парочкой его товарищей.
-Что им надо?
-Сань, а что хотят люди в таких ситуациях? Денег они хотят.
-Мы же можем пойти в полицию? Докажем, что они не имеют никакого отношения к Бероевым.
-Какая же ты у меня ещё наивная, - устало вздыхает Саша и трёт свою шею. – Если бы всё так просто было. В данной ситуации практически невозможно доказать неродство. Этот человек же не заявляет своё отцовство, а так, дальние родственные связи. Все бумажные доказательства не в Москве выданы. Чтобы что-то проверить надо половину Северного Кавказа объехать. А пока мы этим всем будем заниматься, кто-нибудь опять повстречается с тобой в подъезде.
-Я не боюсь, - упрямлюсь я.
-А я вот боюсь, знаешь ли. За тебя, да за детей. Ты готова ими рисковать?
Нервно сглатываю. Вот про детей я не подумала.
-Но ведь они не родственники Аланы, у них нет никаких прав на Дамира! - цепляюсь я за призрачную надежду.
-Да, скорее всего это так. Но это только твои и мои домыслы. Если хочешь на чистоту, я думаю, что это далеко не первый случай, когда они берут в оборот осиротевшего ребёнка с квартирой.
-С квартирой?
-Ну да, а для чего им ещё ребёнок? Схема проста, находится ребёнок, потерявший родителей, но с квартирой или другим имуществом. У него быстренько обнаруживаются какие-нибудь дальние родственники, которые вдруг воспылали горячей любовью к сиротке и готовы взять всякую заботу о нём. Потом оформляются документы на усыновление, дожидаются пока ребёнок вступит в права наследования, затем новоявленные родители получают право распоряжаться имуществом приёмыша, пока тому не исполнится 18 лет. Ну и затем любой вариант. Например, объявляют о переезде. Квартира продаётся, а счастливое семейство удаляется в неизвестном направлении. И там уже бесследно пропадает.
-А ребёнок?
-Сань.
-Ладно, ладно, я не хочу знать подробностей.
Сашка говорит настолько страшные вещи, что мне даже слушать об этом тяжело. А мне ведь казалось, что у меня в жизни было всё.