Стас говорит последнее с таким негодованием, что я даже прыскаю со смеха. За что сын смотрит на меня с упрёком.
-Я между прочем серьёзно.
-Что-нибудь придумаю… - хотя что тут можно придумать? Не брить же мне Рому на лысо.
Последняя мысль вызывает неприятные воспоминания, где Ромка без волос и бровей. Брррррр… ни за что, пусть лучше челкастым ходит.
Неделя проносится без особых происшествий. Если не считать, что парни всё время где-то пропадают. То один, то другой, то в разных комбинациях. Возвращаются по вечерам порядком уставшими.
В среду пытаю Кира, но тот лишь разводит руками. В последнее время он больше стал общаться с братьями. И вообще ребёнок стал каким-то более уверенным в себе, упрямиться вот. Даже сейчас, говорит, что не знает, где остальная компания, и почти не краснеет. Хотя раньше бы точно сдался под моим напором.
Хорошо это или плохо? Наверное, всё-таки хорошо. Лишь бы только не во что не ввязались.
В пятницу с утра объявляется Саша со своим сообщением: «Я девочек со школы могу забрать?». Я разрешаю. А потом хожу и переживаю, что он оказался прав, что детей я всё-таки себе присвоила. Но, блин, как иначе? Я же их мать, да и он в Москве. Но это же я их забрала. Правда, Саша перед этим сам от них отдалился. Ааааааа, сложно!
Вечер провожу с парнями, которые в кое-то веке никуда не убежали. Пытаю всех по очереди, пока Дамир не признается, что «они помогали семье друга переезжать». Какой семье, какого друга мне так никто и не смог объяснить. Я уже не на шутку волноваться начинаю, воображая самые криминальные варианты.
Отпрыски, конечно, убеждают, что всё будет хорошо, и никуда они не влипли. Можно подумать, что они бы мне в этом признались.
Ближе к шести Саша приводит дочерей. И в доме сразу как-то становиться заметно громче. Парни вываливают в коридор пообщаться с отцом. А я ловлю девочек и отправляю их в ванную. Минут через десять, обнаруживаю, что Саша все ещё у нас и о чём-то переговаривается со Стасом и Дамиром.
И тогда я решаюсь. Правда, перед этим хорошенько наступив всей своей гордости на горло.
-Саш, ужинать с нами будешь?
Они все втроём с удивлением смотрят на меня. Можно подумать, что я какая-то мегера.
Закатываю глаза.
Зато Сашка осторожно улыбается. Робко так. Я даже не сразу понимаю это. Что? Чернов? Робко? Да эти два явления рядом друг друга в жизни в глаза не знали.
-Саш? – кажется, наше молчание затянулось.
-Да, с удовольствием.
-Разувайся тогда, и руки мыть, - командую я им, как до этого давала указания девочкам.
Нет, ещё одного «сыночка» мне не надо. От этого я смущаюсь и скрываюсь на кухне. Кир помогает накрывать на стол. Счастливый и радостный.
-Ты чего такой сияющий? – интересуюсь у него.
-Папа с нами ужинать будет, - Кирилл говорит медленно, словно подбирая слова. Боятся они меня сегодня все что ли?
-Соскучился?
-Да нет, мы с ним… - начинает сын, а потом осекается, и быстро тороторит совершенно не то, что хотел сказать. - Ой, то есть да, соскучился.
-Кирюш, а что вы там с ним?
-Ничего.
-Кирилл?! – я смотрю на него своим фирменным «расскалывающим» взглядом. На старших он уже не действует, но Кир ещё пока поддаётся моему внушению.
-Ну, мы с ним просто почти каждый день виделись.
-Когда? – глупо уточняю я.
-Ну на этой неделе… На прошлой.
-А что, папа в Москву не улетает?
- Не знаю…
-Кирюш?
-Ну честно не знаю. Он не говорил.
-А почему ты мне не сказал, что с папой встречаешься?
Сын мнётся.
-Ты бы расстроилась.
-Это он так сказал?
-Нет, это я так решил. Просто, вы с ним… ну, вы… Всё сложно в общем у вас.
Какая точная формулировка, всё сложно у вас.
-Кир, я совсем не против вашего общения с папой. Наоборот это очень правильно. Он же твой папа. Давай, ты… - тут я немного мнусь, принимая правильное решение. – В общем, ты можешь у меня не отпрашиваться, когда идёшь к нему, просто предупреждай, чтобы я знала, где ты, и не волновалась.
Ребёнок заметно расслабляется. Ладно, с одной потеряшкой разобрались. А остальные-то где бродят? Может тоже с Сашей? А почему тот не в Москве? Отпуск опять взял?
Ужин проходит вполне мирно. Дети что-то всё время щебечут, спорят, болтают, заполняя собой каждую минутку нашего пребывания за столом. Кажется, они тоже устали от неловких пауз, которые в последнее время повисали между нами, когда собирались всей семьёй.
Семьёй. Самой смешно. Опять куча вопросов проносится в моей голове. Главный из которых – «А что же сейчас представляет из себя моя семья?».
Периодически ловлю на себе Сашин взгляд, иногда наши глаза даже встречаются, и каждый раз внутри меня что-то замирает.
Ужин затягивается, дети не торопятся расходиться по своим комнатам. Зато меня нехило так колбасит от всей этой семейности и идильности. Зря я Сашу попросила остаться, только лишних надежд всем понадовала.
Спустя час все темы для разговор, наконец-то, исчерпаны, и я начинаю разгонять детей по квартире, напоминая, что кому-то завтра в школу.
Кухня медленно, но верно опустела. И я могу заняться посудой. Начинаю убирать со стола, когда появляется Саша и молча присоединяется к моему занятию. Не то чтобы это странно, раньше у нас с ним не было чёткого разделения домашних обязанностей, занимались всем по мере возможностей. Но это было так давно. В общем, это всё-таки странно.
Включаю воду в раковине.
-Я вымою, - перехватывая тарелку из моих рук, настаивает Чернов.
Смотрю на него с подозрением.
-Задобрить пытаешься?
-А у меня получается? – с улыбкой на губах спрашивает он.
-Не особо…
-Значит, не пытаюсь. Просто это честно. Ты ужин готовила, значит убирать кому-то другому.
-У меня Стас для этого есть.
Саша вопросительно поднимает бровь.
-Давняя история. Он у нас теперь главный по тарелочкам. Трудотерапия после той пьянки.
-И как? Исправляется?
-Больше не в чём таком замечен не был… Вот только, Саш, - аккуратно начинаю я. – Парни где-то вечерами стали пропадать. Я волнуюсь, как бы чего не натворили.
-Не натворят, - уверенно заявляет он. И я убеждаюсь в том, что их исчезновения как-то связаны с ним.
-Откуда такая уверенность?
-Просто… знаю. Они же у нас с мозгами, - выкручивается Саша, делая вид, что полностью поглощён тарелками.
Хочется в лоб ему заявить, что я обо всём знаю. А о чём конкретно я знаю? Что они уже какое-то время почти каждый вечер пропадают с ним. Внутри меня поворачивается неприятный червячок сомнений. Такое чувство, что за моей спиной что-то готовится. Сразу в голову лезет всякие мысли о том, что Саша забирает детей, что переманивает на свою сторону, что манипулирует. СТОП. Нельзя так думать.
Мы уже решили этот вопрос, или почти решили. Он обещал, что не будет забирать или делить со мной ребят. И вообще, это и его дети, со всеми вытекающими правами. Но должна ли я ему доверять в этом вопросе?
Но если не доверять, тогда как? Тогда зачем вообще всё? Зачем все попытки научиться разговаривать друг с другом. Как нам их тогда вместе их растить, если я буду ждать угрозы. Нет, надо сдержаться, довериться…
Но упрямое сознание шепчет: «Предавший однажды, предаст опять».
-Ты чего притихла? – врывается в мои мысли Саша.
-Да так… Саш, а ты почему не в Москве? - нахожу я для себя более оптекаемый вопрос.
-Время свободное появилось, решил пока здесь побыть.
-Именно сейчас появилось?! – кажется, моё негодование опять просыпается.
Саша выключает воду, встряхнув последнюю вымытою им тарелку, и оборачивается ко мне.