— Черта с два я буду это делать! — Барт взглянул на нее. — А тебе не приходило в голову, что это от тебя он, между прочим, надеется получить небольшую финансовую помощь.
Кэрон была ошеломлена.
— Господи, да с какой стати это тебе пришло в голову? Он меня вчера первый раз увидел.
— Ты думаешь, его это смущает? Да он нюхом чует податливую натуру. Кэрон окаменела.
— Благодарю!
— Прости, я не хотел тебя обидеть. — Барт заговорил чуть тише. — Но ведь тебе будет трудно отказать ему, если он протянет шляпу за подаянием?
— А тебе, разумеется, нет? — Она все еще злилась. — Ты бы прежде подождал, чтобы он встал на колени, не правда ли?
Крупный рот Барта скривился в презрительной усмешке.
— Если бы он был в такой нужде, то вряд ли разъезжал на «порше». Когда дело касается Джилла, все относительно, и всегда было относительно. Он считает, что имеет право на часть наследства, и не очень-то разборчив в средствах, с помощью которых он эту часть получит. И чем скорее ты увидишь его суть под личиной обаяния, тем лучше.
— Я составлю свое собственное суждение, когда увижу какое-то подтверждение его намерений, — упрямо возразила Кэрон. — Он знал, что говорил, когда шутил по поводу Каина и Авеля. Ты ведь его и вправду ненавидишь.
— Ты поняла все с точностью до наоборот. И, тем не менее, — последовало равнодушное пожатие плечами, — упаси меня Господь от того, чтобы давить на тебя и на твои суждения.
Они находились в библиотеке. Барт резко поднялся с дивана, куда в ярости сел несколько минут назад. Кэрон прикусила губу. Она не хотела завершать разговор на такой ноте.
— Я согласна, что пока недостаточно узнала его, — рассудительно сказала она, — но, если уж на то пошло, я и тебя еще не так хорошо узнала. — Увидев, как иронически взлетела вверх его бровь, она язвительно добавила: — Это, конечно, ничего не значит.
Его интонация была более спокойной:
— За эти недели мы узнаем друг друга лучше во всех смыслах. Ты ведь не хочешь ставить под угрозу прогресс в наших отношениях?
Настала очередь Кэрон пожать плечами, хотя все ее существо восставало против притворства.
— Я не вижу, каким образом Джилл сможет этому помешать, если пробудет здесь еще несколько дней.
— Если дать ему волю, он останется здесь навсегда, — веско промолвил Барт. — Я не могу заставить тебя смотреть на вещи моими глазами, но могу сделать его жизнь здесь труднопереносимой и сделаю, если он останется. Это я тебе обещаю.
— Но почему? — взорвалась она. — Что он такого совершил, что ты ведешь себя по отношению к нему, как карающий ангел?
— А вот это касается только нас с братом.
— Но он же так тянется к тебе, — настаивала Кэрон. — Он просто восхищается тем, как ты бежал из плена.
Барт отрывисто рассмеялся.
— Ну, допустим, этим он действительно восхищается. Но я слишком долго был последним в списке тех, кого он поздравлял с Рождеством, чтобы обрадоваться этой ложке меда. — Отчаявшись, он махнул рукой: — А, ладно, пригоню «ягуар» завтра.
— Если бы я умела водить машину, все это не имело бы значения, — сказала Кэрон и увидела, что его губы опять сжались.
— Да, правда, это бы многое облегчило, но все равно не извиняло бы Джилла. — Он какое-то мгновение изучал ее, и вдруг его лицо оживилось. — Я бы не прочь поплавать, — заявил он. — И желательно в море. Ты со мной?
— Вода холодная, — попыталась возразить Кэрон. — Очень холодная.
— Только поначалу. Солнце вон как греет. — В серых глазах Барта женщина прочла вызов. — В любом случае это полезно для кровообращения.
— Ну ладно, — выпалила она, не желая спорить. — К тому же лучше, если Барта не будет, когда Джилл вернется. — Пятиминутная готовность?
— Даже десятиминутная. Мне нужно позвонить в гараж и предупредить, что у меня меняются планы. А то ведь оставят старичка «ягуара» на всю ночь перед мастерской.
Оставив Барта у телефона, Кэрон поднялась наверх. Несмотря на яркое солнце, при мысли о том, что придется нырять в холодную морскую воду, у нее по спине побежали мурашки. Но отступать поздно, мрачно напомнила она самой себе. Если Барт сможет нырнуть, смогу и я.
Она надела закрытый черный с бирюзовым купальник без бретелек и спортивный костюм. Засунув под мышку свернутое в рулон полотенце, открыла дверь и столкнулась с Бартом, который как раз выходил из своей комнаты. На нем тоже был спортивный костюм, а под мышкой полотенце. Он кинул на Кэрон взгляд, который она не смогла истолковать.
— Великие умы и мыслят схоже, — заметил он. — У тебя хороший спортивный вид.