— А чувствую я себя очень неуверенно, — призналась она. — Не могу понять, как это я согласилась на такую авантюру!
— Это все сладкоголосые Гэлбрейты. — Он посторонился, пропуская ее вперед. — Пойдем.
На пляже они были одни, купальный сезон еще не начался. Да и на море спокойно, с облегчением подумала Кэрон. Она освободилась от спортивного костюма с некоторой робостью, спиной чувствуя, что Барт тоже раздевается и вот-вот предстанет перед ней полуобнаженным. Она собрала волосы в хвостик.
Желая скрыть смущение, Кэрон перехватила инициативу, с громким плеском пробежала наперерез надвигающимся волнам и скорее, чтобы не успеть замерзнуть, нырнула. Было, конечно, холодно, но не до такой степени, как она ожидала. А, может, ее разгорячили собственные ощущения и переживания.
Кэрон быстрым кролем стремилась увеличить дистанцию между собой и Бартом, который остался сзади. Она проплыла немалое расстояние, прежде чем он начал настигать ее. Она видела его краешком глаза, когда поворачивала голову, чтобы набрать воздух; его мощные руки вздымались над волнами и разбрасывали фейерверки блестящих капель. Сама же пловчиха уже начинала задыхаться, так как долго не тренировалась. Хочет она того или нет, но скоро ей придется повернуть.
Неожиданный спазм мышц в верхней части бедра застал ее врасплох; она лихорадочно забилась, ушла под воду, вынырнула, выплевывая соленую жидкость и задыхаясь от страха. Всю ногу сжимало, словно железным обручем.
И вдруг сильные руки проскользнули у нее под мышками, сошлись на груди и откинули ее на спину.
— Разотри, — сказал Барт таким ровным, совершенно спокойным голосом, что она немедленно успокоилась и подчинилась приказанию. Через несколько минут Кэрон почувствовала, что боль отступает. Барт все еще держал ее, положив ее голову себе на грудь и тараня спиной воду. Женщина почувствовала непреодолимое желание развернуться и прильнуть к нему всем телом.
— Прошло? — спросил он.
— Да, спасибо. — Ее голос дрожал от подступивших слез. — Сейчас все будет нормально.
— Ты не волнуйся, — успокоил он. — Мы недалеко от берега.
Ничего себе недалеко, подумала Кэрон, недоумевая, зачем ее понесло в такую даль. Лихорадочно пытаясь удержаться вертикально в воде, она смахнула с лица мокрые волосы. Рука еле поднималась и болталась как плеть. До чего же глупо с ее стороны устраивать такие гонки — это же понятно без всякой подсказки. Если бы она была сейчас одна, это купание вполне могло стать для нее последним.
— Тебе нужно было сразу лечь на спину и массировать ногу, — заметил Барт безо всякого осуждения. — Ты справишься или же тебя отбуксировать?
Кэрон покачала головой, слишком хорошо представляя себе, какие усилия на это понадобятся, учитывая расстояние, которое нужно преодолеть. Как бы ни был силен Барт, но ведь его силы не беспредельны.
— Я справлюсь, — ответила она. — Боль уже прошла.
Конечно, если он будет рядом, она справится. Потихонечку.
Получилось даже медленнее, чем она рассчитывала, в основном потому, что Барт заставлял ее отдыхать. Когда они, наконец выбрались на твердый песок, ноги у нее были как ватные. Она рухнула на колени и вскинула голову, восстанавливая дыхание.
Барт уселся рядом. Он и сам часто дышал, но совсем не выглядел взволнованным. Кэрон краем глаза видела на его теле тонкие волоски, на которых еще держались капельки воды. Она не смогла удержаться и погладила вздувшийся мускул на руке.
Он произнес что-то коротко и невнятно, схватил ее, повалил на песок и стал целовать со страстью, которая вызвала в ней немедленный отклик. Кэрон прильнула к нему так, как хотела еще там, в море, страстно и самозабвенно, лихорадочно бормоча отрывистые фразы, даже сама едва ли осознавая, что говорит. Она любит этого мужчину, хочет его, и никто в мире не сможет их разлучить!
Он плавным движением стянул с нее купальник, отбросил, пожирая ее глазами, и с такой же ловкостью освободил себя от плавок. Кэрон почувствовала прикосновение волн к ногам и подумала, что начинается прилив, но в настоящий момент это не имело никакого значения. Когда Барт приподнялся над ней и вошел в нее, она обхватила его жадными руками, полностью отдаваясь могучему ощущению того, что она обладает им и он обладает ею. Они поровну разделили это единство слияние душ и тел. Еще одна волна нахлынула и отхлынула, не замеченная мужчиной и женщиной, слившимися в одно целое. Никогда не было и никогда не будет у меня более прекрасного момента, чем этот, мелькнула у Кэрон последняя мысль, а потом на нее будто обрушилось небо.