Последняя глава
23
Открыв свои глаза, она испуганно вскочила. Но ее тело ослабло, и она вновь упала на землю. Рина видела черное небо. А на нем была огромная желтая луна. Вначале она висела на небе, словно золотое ожерелье на шее темноволосой красавицы. Потом луна начала медленно уплывать и спряталась за верхушками деревьев. Рина закрыла глаза. В ее голове было столько мыслей. Ее мысли и чужие воспоминания заполонили ее разум. Она попыталась понять, что произошло несколько часов назад. Но она видела лишь обрывки событий. Кровь, заливающая стены домов. Крики, которые кричали в ее голове. И Дэниел. Девушка медленно раскрыла веки. Яркий свет луны, выглядывающей из деревьев, ослепил ее. Она зажмурилась и прикоснулись к груди. Одежда была липкой. Рина боялась открывать снова глаза. Она вспомнила, как Дэниел буквально пробил ей грудь, касаясь своими пальцами ее сердца. Вдруг она увидит, что ее сердце валяется на траве? А если даже и нет, то как она сможет понять стала ли она вампиром? Самый сложный выбор в ее жизни. Самый ответственный момент в ее судьбе. Рина вздохнула и вновь раскрыла глаза. Она заставила себя посмотреть вниз. На ее удивление одежда была в крови, но ран на своем теле она не обнаружила. Девушка вскочила на ноги. Она заметила, что в ней появилась легкость. Еще раз оглядев одежду, она приняла решение. Ей нужно было переодеться, умыться и искать последний предмет. Эта мысль пришла к ней только что. Рина ничего об этом не знала. Значит, это мысли Дэниела. В голове начали всплывать имена. Рина старалась отсеять ненужную информацию. Вот оно! Эдуард! Это имя осталось загадкой даже для разума Дэниела. А это значит, что последний волшебный предмет связан с ним. Рина прошла чуть дальше. Дом Максима сейчас казался ей логовом монстра. Они не должны были увидеть ее. Она уже никому не доверяла. Ее эмоции обострились. Лора, которая стояла рядом с ними, показалась ей темной лошадкой. Да, Максим не убил ее, потому что она напомнила ему Нину. Ее маму. Но Максим был бессметным вампиром. И соединив свои мысли с мыслями Дэниела, Рина поняла, что сейчас она может доверять только своим инстинктам. Не без помощи Дэниела. Рина осознала, что как только все закончится, она откроется ему. Скажет, как сильно любит его. Признается в своих страстных чувствах. А, сейчас, пока в ее душе горит огонь, она должна спасти всех. Особенно его.
Это был чертовски сложный план. Я всегда действовал в одиночку. А тут мне предстояла нелёгкая работенка, да еще и с неуравновешенной вампиршей, которая мечтала меня убить. Я за сто лет не попадал в такие истории. Конечно, я мог бы послать Леона ко всем чертям, или пообещать, что все сделаю, и всех кинуть. Хотя нет, не мог бы. Потому что то, что затевалось, было жестоким и неправильным. Как многого мы порой не говорим! Как редко мы делимся со своими горестями, оставляя их в своей душе, боясь, что окружающие нас не поймут. Перед тем как спуститься в ад, в моей голове возникла мысль. Я пытался поймать ее. Ухватить за самый краешек призрачной дымки. Мысль была прозрачной, но все же я поймал ее смысл. Мне нужно было кого-то вспомнить. Но кого именно, я не мог понять. Лору? Это имя не согревало меня своим теплом. Лора всего лишь моя бывшая жена. И та, которая меня укусила. Еще я подумал о Владе. Как далеко могут зайти ведьмы, восстав против своих врагов? Если у него все получится, значит, у нас есть еще время. Какой-то образ постоянно всплывал в моей голове. Но сознание было спутанным, как клубок шерстяных ниток. Мы стояли у подножия пещеры на краю света. Место, в котором мы оказались, было местом выбора жизни или смерти. Я не знаю, каким образом Максим смог найти дорогу в ад. Создавалось впечатление, что сам дьявол скрывался за безликой маской вампира. Иначе как объяснить то, что мы были здесь. Я и Марика. Она продолжала меня ненавидеть, и искала повода убить. Я хотел избавиться от неё сразу же, но присутствие Максима меня угнетало. Он, что думал, что я вытащу его брата из ада и спрячу его в укромном месте? Я не знал его брата, но я доверял Лоре. Она хотела, чтобы я убил его. Всё вокруг меня было непростым. Тучи сгущались над нашими головами. В воздухе витала древняя магия. И то, что я не мог вспомнить кого-то, меня настораживало. - Иди, плата уплачена. Я обернулся, но он продолжал оставаться на месте. «Плата уплачена». Харон, перевозчик мёртвых душ, уже ждал нас. Он брезгливо оглядел меня и переревел взгляд на Марику. Облизнув свои дряхлые, испещрённые морщинами губы, он произнёс: - Не входи в ад дважды. Я не был переводчиком с языка жителей ада, но старик меня повеселил. Сакраментальными фразами и я могу бросаться. А ты попробуй стать вампиром от укуса своей жены, объединиться с оборотнем, чтобы победить плохих дядь; встретить девушку, к которой ты чувствуешь не жажду крови, а жажду сердца; потом оказаться в аду, убить нынешнего парня своей жены; найти пепел с могилы Эдуарда. Харону такое и не по силам. Стоп! В мыслях проскользнуло упоминание о девушке. Но я не могу сейчас думать об этом. В приоритете – убийство Димитрия. И избавление от Марики. Пока еще не придумал, как именно от неё можно избавиться, но то, что ликвидировать её необходимо, это факт. Я не могу оставлять свидетелей. Мы плыли очень медленно. Не таким я представлял подземное царство. Тьма была повсюду. Стоны и плач были одним целым. Я видел мёртвые тела под водой. Они наблюдали за нами и злорадствовали. Марика выглядела очень напряженной. Не понимаю, почему она согласилась быть здесь. Если только ... внушение. Вампир, обративший её, применил к ней внушение. Это еще хуже, чем принять свою сущность. Какая радость быть вампиром, подчинившимся другим вампиром? Харон высадил нас на другом конце берега. Я задержался возле него в надежде, что он мне даст подсказку. Димитрий не смог бы попасть в ад, без его помощи. - Я пришёл за ним, - я почти прошептал эти слова. Но он меня услышал. Он вздрогнул, как от удара. Даже если Марика и слышала то, что я сказал ему, для нее бы это не имело значения. Харон порывался ответить, но он кидал взгляд на девушку, стоящую у меня спиной. Меня не нужно было просить дважды. Я подскочил к Марике молниеносно. Вытащив кол из внутреннего кармана куртки, я всадил ей в грудь, царапая сердце. Она мгновенно упала на землю. Я не убил её, она всего лишь немного вздремнёт. - Спокойной ночи, дорогая! Харон положил свои костлявые руки на мои плечи и начал шептать. Многое я знал сам. О некотором только догадывался. Но истина заключалась в том, что всё, о чём мы знали раньше, ложь.