Бодро выбравшись из машины, двое полицейских направились в нашу сторону, игриво помахивая дубинками.
— Сержант Егоров, что у вас происходит? — прищурившись, взглянул на нас первый.
— Мой ребенок… Он предложил мне продать ему ребенка, чтобы… чтобы… — понимая, что переигрываю, я все равно не смогла сдержать слез. Всхлипывая, тыкала пальцем в изумленного Стаса.
— Да врет она все! — всплеснул руками тот. — Это мой ребенок! Моя дочка.
Я оттолкнула Стаса от дочки.
— Мы его не знаем! Он все время вокруг сквера околачивается, детей высматривает! Предлагает их купить, а потом продает на органы. У двух мамочек с нашего района он уже забрал детей. Пропали без вести малыши, и никто их не нашел.
— Да что ты несешь, идиотка?! — сквозь зубы зарычал на меня Стас.
Полицейские переглянулись. Вид у них был самый суровый.
— Документики предъявите, — с кривой ухмылкой приказал второй.
— Да я клянусь… клянусь, что это моя дочь, — Стас попятился назад. Уперся в бампер своего любимого авто, а потом трясущимися руками открыл барсетку и достал оттуда паспорт. — Вот, смотрите. С документами у меня все в порядке.
Первый похлопал его по плечу.
— Где купил? Видно же, что паспорт поддельный. Да и тачка слишком дорогая. На детях заработал, да? Детей воруешь и продаешь?
— Да вы чего, мужики?
— Так, Андрей, оформляй гражданина. Придется вам, дорогой товарищ, проехать с нами в участок. Там и отпечатки снимем, и по базе вас прогоним. Торговля детьми – очень страшное уголовное преступление. Посидишь пару часов в обезъяннике, сразу станешь сговорчивым. А не станешь – у нас есть много способов заставить тебя говорить правду.
— Нет, вы это серьезно сейчас?! — вытаращил глаза Стас. — Да вы хоть знаете, кто я?!
Но его уже подталкивали к патрульной машине.
— Понятия не имеем, но на месте точно это определим. А за сопротивление работе правоохранительных органов у нас есть отдельная статья, — это было последнее, что я услышала.
Патрульная машина сорвалась с места. Мы с Малинкой наблюдали за тем, как Стаса увозят в участок. На обочине дороги остался одиноко стоять оливковый «Ленд Ровер».
— Мам, а пойдем господину Жёлудю друзей делать? — посмотрела на меня дочка.
— Пойдем, — смахнув слезы, кивнула я.
Взяла ее за руку, и мы заторопились к нашей машине.
Глава 11
Алмазов
Я, конечно, в армии уже не служу, но с полицией связи у меня остались. Пара друзей перешли работать в местный УВД, с ними у меня дружба давняя. А тут дед неизвестно, куда намылился. Дед у меня не просто генерал, шельмец еще тот. Вроде тихо сидит у себя в деревне, помогает бабе Нине рассаду выращивать да картошку копать на участке, но, если ему шлея под хвост попадет, жди беды. А уж если выпьет хоть каплю… Надо поймать и обезвредить до того, как он успеет начудить.
Я обошел все питейные заведения, расположенные в шаговой близости от вокзала, но деда там не нашел. А тут еще баба Нина тете Эмме начала названивать – мол, заначку дед Демид вскрыл и полевую форму с собой взял. Вернее, не взял, а поехал он к нам в гости прямо в форме. И награды все боевые к груди прикрепил. А наград там немало, дед у нас тоже не лыком шит.
Я взглянул на часы – почти девять вечера. Темно на улицах, хоть глаз выколи. Отъедешь от вокзала пару километров, и все. Ни один фонарь толком не работает. Вот где мне его искать?
Устроившись за рулем автомобиля, я принялся просматривать карту.
И куда он подался? Неизвестно.
На мобильник поступил звонок от дежурной опергруппы.
— Павел Демидович, Алмазов Демид Артемович ваш родственник?
— Мой, да. С ног уже сбился искать.
— Объект находится по адресу Новое шоссе, триста пять. Там расположен ночной клуб «Мотылек».
— Ёк макарёк… А в клубе он что забыл?
— Он с нами не делился. Вы его заберите только, он девочкам танцевать нормально не дает. Администратор клуба полицию вызвала. Хотели повязать деда, да поняли, что ваш подопечный.
— Вяжите его, ребята! Не раздумывая, вяжите, пока он дел всяких не натворил. Еду уже, минут через десять буду у вас!
Уф, нашелся… Я нажал на газ, хорошо, пробки немного разошлись. Помчался по шоссе по данному мне дежурным оперативником адресу.
У входа в ночной клуб стоял полицейский «УАЗик». Рядом хмуро переговаривались двое полицейских.
Я припарковал автомобиль, заторопился им навстречу.
— Повязали? — поинтересовался, пожимая руки в знак приветствия.