Но указательный палец босса грозно взметнулся перед моими глазами и указал на стену, противоположную зеркалам. Там уныло повисли большие электронные часы.
Они показывали девять пятнадцать.
— Я подпишу документы в десять утра. Запомните это, Женя. А лучше, запишите в свой электронный блокнот, — под издевательские смешки дружков сообщил Алмазов. — А еще запишите, что я люблю покладистых сотрудниц. Желательно с яркой внешностью, но в вас меня устраивает дотошность и исполнительность, поэтому я готов терпеть вашу невзрачность! Так и запишите.
Невзрачность? Вот урод…
— В десять утра здесь будет ваша тетя Эмма с инспекцией, — покраснев до кончиков ушей, выдохнула я.
Его бахвальство перед дружками, как ветром сдуло.
— Черт! Дайте сюда эту дурацкую шариковую ручку…
Алмазов не любил появление тетки в офисе, поэтому быстро поставил размашистую подпись там, где требовалось.
— А теперь вон отсюда.
—Что?
— Я сказал, вон отсюда! И приготовьте мне зеленый чай с лимоном и медом к десяти часам утра!
— В десять утра здесь будет налоговая инспекция! Вы собираетесь устроить чайную церемонию на глазах у инспекторов?!
— Какая еще инспекция?.. — сверкнул в мою сторону изумленно-убийственным взглядом Алмазов.
— Выездная проверка! Попробуйте только сказать, что вы не в курсе!
Алмазов обернулся к дружкам.
— Кто-нибудь в курсе, что происходит?
Мой бывший муж и Прутиков виновато переглянулись.
— Ну, да, будет проверка, Паша, — прочистив горло, сообщил Прутиков на правах финдиректора этой богадельни, торгующей спортивным инвентарем.
— Надеюсь, после проверки вас всех уволят, — выразительно взглянув на Стаса, прошипела я. Круто развернувшись на высокой шпильке, передернула плечами и быстро покинула спортзал.
Глава 5
Я торопилась в приемную.
— Вот, Агния Борисовна, документы, — протянула главному бухгалтеру подписанные бумаги.
— Ой, Женечка, что бы я без тебя делала! Спасибо, душечка.
Она всунула мне в руку шоколадку.
Я растерялась.
— Да что вы! Не надо… Заберите обратно.
— Вот еще! Дочке дома дашь. Она точно найдет применение шоколадке, — подмигнула мне бухгалтер. — Она у тебя такая душечка. А этот упырь Кожевников, бывший твой, только и знает, что кровушку из тебя пить. Ох, и где наш прежний хозяин? При нем такого безобразия не было…
И она тут же исчезла за дверью.
Я спрятала шоколадку в сумочку и хмуро уставилась в компьютер. Права Агния, ох, как права. Сходила вниз и как будто в старшей школе побывала. «А еще запишите, что я люблю покладистых сотрудниц. Желательно с яркой внешностью, но в вас меня устраивает дотошность и исполнительность, поэтому я готов терпеть вашу невзрачность!» - звенели в ушах обидные слова босса. Терпеть он готов, ага! А то, что я терплю его выходки, ничего?
…Алмазов примчался в приемную через десять минут. Благоухая свежестью после тщательной помывки в душевой, он пролетел мимо меня, закрылся в своем кабинете и вскоре нависал над моим рабочим столом в свежей белоснежной рубашке и ярком малиновом галстуке.
Галстук резал по глазам, и я приспустила на нос очки.
— Женечка, где мой зеленый чай с лимоном? Я ведь жду, - ласково поинтересовался он.
— На чайную церемонию не осталось времени, - хмуро покачала головой.
— Женя, я ведь просил! Неужели так сложно выполнить просьбу начальника? Ну, что ты за секретарша?
— Я не секретарша, Павел Демидович. Я ваш заместитель.
Он несколько мгновений переваривал новую информацию, а потом неопределенно пожал мощными плечами.
— Заместитель, так заместитель. Чай будет?
Да что ж ты будешь делать?!
Отодвинув глубокий ящик стола, я выхватила оттуда чайник с заваренным в нем горячим чаем и зло плеснула его в чашку.
— Ух, ты, прятать чайник в ящик – это ты хорошо придумала, — расплылся в глупейшей улыбке Алмазов.
Я протянула ему чашку и… замерла. Что-то определенно было не так. Со мной было не так. Его улыбка. Его запах. Мое обоняние теперь ощущало его запах, и от этого вся кожа покрывалась какими-то не объяснимо странными мурашками. А от его глупейшей улыбки все волоски встали дыбом.