Лера склонила голову и замолчала.
— Но ведь Валя с Валерой были любовниками и раньше? — удивилась Иванна.
— Раньше, — выдавила Лера сквозь зубы, — они гасили свет. А то, что не видно в зеркале, не существует для зазеркалья. В тот вечер я была с ним впервые — против своей воли. Это было практически изнасилование.
— И вы взбунтовались, — заключила Карамазова. — Я вас понимаю… Могу предложить эликсир белладонны — он заставит вас забыть печальную правду, вы вернетесь в Зазеркалье и будете жить как раньше. Хотите?
— Нет, — гордо отказалась Лера. — Зная истину, я не стану возвращаться в мир теней. Я останусь здесь и никому не позволю указывать мне… Я уверена, у меня получится. Сегодня я доказала это и ей, и себе! В общем, я пришла к вам не затем. Вы должны помочь мне вызволить Валю.
— Но…
— О да, — угадала вопрос она, — я знаю, все начнется сначала. Мы слишком похожи, каждая хотела бы, чтобы другая была только ее отражением. Чтобы весь мир был только отражением наших желаний. Валера, конфеты, красивые вещи — лишь маленькие зеркальца, отражающие наши сиюминутные прихоти. На самом деле мы способны любить исключительно самих себя. И именно поэтому обречены друг на друга. Клянусь, я люблю ее, несмотря ни на что… Скажите, я смогу освободить ее тем же заклятием?
— Нет, — покачала головой Иванна, — это может сделать только человек.
— Любой?
— Только тот, которому сужена Валя.
— Валера? — в голосе Леры прозвучала тревога. — Но ведь тогда она останется с ним!
— Увы, Валера вряд ли вызовет Валю из Зазеркалья. Валя была только его наказанием. Но она перечеркнула их общую судьбу.
— А больше некому! — Лера изменилась в лице, запоздало испугавшись непоправимых последствий своего поступка. — Что я натворила! Неужели даже вы не сможете помочь нам?
Карамазова нагнулась и подбросила поленьев в камин. Ее желтые глаза отражали пламя и казались сейчас выплавленными из живого огня.
— Я не знаю, как вам помочь, — призналась она честно. — Мне это не по зубам.
С самого начала зазеркальная история была для нее неразрешимой загадкой, из тех, что посылаются свыше для испытания и усмирения гордыни.
Но лишь та, в чьей душе нет страха, способна в этот час переломить собственную судьбу. И вызвать из бездны не того, на кого обрек ее рок для испытания и искупления, а Единственного, с кем жаждет слиться ее душа… — вспомнила она слова из книги заклинаний.
«Может, любовь к себе и есть единственно истинная из всех человеческих любовей? — подумала ведьма, пытаясь отвлечься от мыслей о собственной немощи. — Какие бы маски она не надевала, под ней всегда таишься ты сам — твои дети, твое дело, твоя идея. То главное, в чем ты видишь высшее проявление своего, Я“».
— Помогите нам! — в отчаянии сплела руки Лера.
И единственно истинный суженый, будь он даже мертв или не рожден, выйдет и устремится к ней с протянутыми руками… — струилось заклинание шелковой нитью.
Но единственно истинный — не непременно один. Каждому свое! И верно, если б заклинание на зеркале прочел Христос, к нему бы вышли оттуда тысячи тысяч еще не рожденных верующих, чьей судьбою он стал и чье спасение стало его судьбой.
Нет… Произнеся сатанинское заклятие, он переломил бы судьбу, избежав испытания и искупления на кресте! Пилат, Цезарь, Иуда Искариот безропотно приняли бы его веру, устремясь к нему с протянутыми руками. Если бы заклятие прочел Ленин, мы бы жили нынче при коммунизме. Те, чья душа жаждет единственного — переустройства мира, вместе со своей судьбой переиначили бы ход истории».
— Помогите, прошу!
— Я не могу, — закричала ведьма, отбиваясь от дьявольского искушения. — Я не стану обращаться к Сатане!
Внезапно она хлопнула себя по лбу столь резко, что черная шапочка чуть не слетела с ее головы. Поправляя на ходу головной убор, Карамазова кинулась к книжным полкам и торопливо вытащила оттуда книгу.
— Мы забыли. Есть ведь и второе — белое заклинание. «Суженый-ряженый! Покажись мне в зеркале». — Отыскав нужную страницу, она прочитала: — «…граница между тем и этим миром становится прозрачной и преодолимой… гадающая смотрит сквозь зеркало прямо в тот свет, в ожидании видения жениха или знака собственной смерти». Все то же самое, только без крови и насилия над судьбой. С его помощью так же легко можно пройти туда и обратно!
— Но кто его прочтет? — всхлипнула Лера.
— Я.
— Вы? Но при чем тут вы? — ревниво вспыхнула она. — Какое отношение вы имеете к Вале?