Я поискала глазами Вэля, но его не было среди встречающих. И паутина сети молчала, давая понять, что на корабле его нет. Что ж, может, оно и к лучшему. Не придётся смущаться при разоблачении. В памяти невольно вставало смуглое худое лицо и золотой огонь, горящий в глубине глаз. Вэль — рианец, маг, друг Арвиндэйла… Моего мужа, которому я теперь… что? Принадлежу? Но он приобрёл лишь моё тело и способности, на моё сердце он не претендует. Только Вэль навсегда будет мне в лучшем случае другом, да и то — будет ли? Когда узнает, что я и есть та Велиара, которую он почитает и жалеет? Не нашедшая в себе мужества признаться в этом?
Иргэррион, раздуваясь от гордости, красочно обрисовал программу нашего плавания. Надо сказать, постарались они на славу. Мой день был расписан по часам и минутам, не то что грустить — вздохнуть не оставалось свободной секунды. Торжественные обеды, завтраки, ужины (а также полдники и перекусы) чередовались с танцами, концертами, лотереями и — о ужас! — конкурсами изящных рукоделий. Подавив стон, я осторожно поинтересовалась у лорда, могу ли я выкроить время на изучение Риана и кто бы мог помочь мне в этом. Особых надежд я не питала и потому крайне удивилась, узнав, что Арвиндэйл специально отправил с посольством некого Вирда, своего Советника по внутренней политике, а по совместительству историка и творца многочисленных сочинений, которые тут же были со всем почтением доставлены в мои покои. А вслед за переплетёнными в тиснёную кожу томиками пожаловал и сам Советник — возмутительно молодой на вид, с застенчивой улыбкой и тонкими нервными пальцами, вызвавший сразу безотчётное чувство симпатии. Взгляд умных, доверчиво распахнутых в неподдельном восхищении глаз с золотыми искорками на самом дне подкупал и обезоруживал. И в то же время я ощущала, что вызываю в нём живейший интерес — не научный, что было бы обидно, хоть и объяснимо, а чисто человеческий трепет перед живой тайной, облачённой в слабое девичье тельце, невзрачное с виду и ничем не отличающееся от прочих смертных. Запинаясь, он представился полным именем — Пигвириндер, и я тут же узнала автора любимой в детстве книги. Ох уж эти рианцы с их долголетием! Похожий на юношу Советник с манерами подростка был как минимум втрое старше меня…
— Можно я буду звать вас… — я замялась.
— Вирд, — кивнул он, смущаясь. — У меня самого от звука собственного имени внутри всё переворачивается. Рианские родовые имена — это просто скрежет зубовный! И… если Властительница не сочтёт мою просьбу дерзкой — на «ты». Я недавно в Совете, почтения ещё не заслужил. Неловко слышать обращение, которого удостаиваются в Риане лишь самые уважаемые люди да трёхсотлетние старцы.
— Только если это будет обоюдным, — рассмеялась я, — и ты не будешь величать меня Властительницей. Просто Дина. По меркам Велиар, я вообще грудное дитя. А по твоей книге «Сказания Эрфирая» я не так давно читать училась.
Он зарделся, словно девица, которой сделали величайший комплимент.
— Вы… ты прочла мою книгу?!
— Не просто прочла — Тирин, моя учительница, заставляла меня заучивать куски наизусть. Могу дословно рассказать «Легенду о вариерре». А «Песнь ста островов» до сих пор моя любимая.
Вирд робко улыбнулся:
— Кто бы мог предположить… наследница Эрли…
— И книга рианского мага? Видишь ли, её привёз мой отец. Ещё до моего рождения. А мой отец… — слова застряли на полпути.
— Знаю, — помог мне Советник, — Мерген был самым просвещённым из Властителей Эрфирая. Ещё чуть-чуть — и они с Арвиндэйлом стали бы союзниками. Несмотря на кажущиеся различия, у них было много общего. Видимо, кто-то очень не хотел этого. Твоего отца закололи кинжалом, подброшенным потом в спальню Арвиндэйла, убили подло, в спину, постаравшись бросить тень на Властителя. Только вмешательство Эллайи предотвратило очередную войну.