Но и это не все!
В салон входят еще женщины с обувными коробками в руках, тут же вынимая белые туфли на высоком каблуке.
— Не уверены, какой у вас размер, Матильда, потому принесли разные, для примерки.
Нервно сглатываю, не в силах выдавить ни слова. Ресницами хлопаю, открыв рот с розовым оттенком помады.
А что, собственно, происходит? Почему такой кипиш?
Нет, я понимаю, что должна выглядеть роскошно, но почему платье белого цвета?
Нет-нет, это не то, о чем я думаю! Иначе бы Валех приказал притащить свадебное. А платье в руках девушки просто вечернее.
Возможно, как контраст с ним: белое с черным.
— И вот еще, — шуршит упаковочной бумагой девушка, извлекая нижнее белье: маленький нежный кусочек тончайшей ткани. — Воспользуйтесь нашей уборной. После мы поможем Вам облачиться в платье и выберем туфли.
— А можно мне водички? — обретаю дар речи и произношу сиплым голосом.
— Да, конечно, Матильда! Может быть, кофе?
— С коньяком? — пытаюсь пошутить я, но вызываю улыбку на лице персонала и добавляю: — Тогда лучше чистый, без кофе. Для смелости!
— Лучше воду, — натянуто улыбается стилист и подносит стаканчик, а я с жадностью проглатываю содержимое.
— Спасибо, — шепчу я, а саму заметно потряхивает.
Пока сидела в кресле, искоса наблюдая в другие зеркала за работой мастериц, была заметно спокойнее. Но стоило им завершить кудесничать надо мной, как волна беспокойства окатила с ног до головы.
— Сюда, пожалуйста, — указывает направление одна из девушек.
Я на ватных ногах иду следом, обувшись в свои старые балетки. Ну, не босиком же по холодному кафелю!
А каблуки подо мной подвернутся, стопудово! Мне в себя прийти надо. Хотя девушка уже торопит:
— Время, Матильда! Валех Тимурович прибудет с минуту на минуту.
— Ничего страшного, — уверенно заявляю я, сама офигеваю, откуда смелость опять хапнула. — Подождет!
Та рот от удивления открывает, но я не даю себе вволю насладиться произведенным эффектом, закрывая перед ее носом дверь в туалет, предварительно забрав пакет с новеньким нижним бельем.
Охренеть просто…
Волнения не меньше, чем когда меня похитили, при этом, дважды за последние дни.
Сам Кайсаров производит впечатление, сравнимое с разорвавшимся поблизости снарядом. От него не знаешь, чего ожидать.
Вот сидела бы дома, раз отпустил! Ну, пострадала бы без него неделю-другую, после отлегло. Так нет, надо было Ройсу заявиться и перевернуть мое сознание с ног на голову или наоборот…
Но умом понимаю: нифига бы уже не успокоилась.
Подобно быстродействующему коварному, но мучительно сладкому яду, Валех пробрался в самое сердце, впитался в каждую клеточку тела, проник в кровь, затмевая разум.
На автопилоте привожу себя в порядок, воспользовавшись тем, что было в доступе в уборной салона красоты: мыло, бумажные полотенца.
Меняю нижнее белье, а старое в пакет и в мусорку. Не таскать же с собой грязные трусы! А вот сарафан сворачиваю, все же закину в машину Кайсарова. Не забыть бы забрать.
— Матильда, можно войти? — стучит девушка, та, которая платье принесла, видимо, из бутика торгового центра, тут же.
— Да, входите.
Позволяю ей помочь мне. Замираю, когда холодный шелк мягкой струйкой скользит по телу, эффектно подчеркивая его изгибы.
Идеально подобрали размер! Что называется: взгляд профессионала.
— Ваши туфли, Матильда, — тут же другая появляется.
Со второй попытки подбираем обувь. Сразу становлюсь выше, но колени дрожат.
— Идемте в зал, — предлагает девушка, — увидите себя в большое зеркало.
Молча киваю. Выхожу из уборной, а меня восторженные отклики встречают:
— Матильда, вы само очарование!
Гляжу на себя в зеркало и не узнаю. Робко повожу оголенными плечами, поправляя лиф платья, за которым покоится моя маленькая девичья грудь.
Тонкая бретелька огибает шею. Заправляю за ушко прядь волос, но тут же возвращаю на место. Нет, так лучше!
Затаив дыхание, смотрю в зеркало, когда позади дверь салона открывается и входит Валех.
Замирает на месте. Глазами меня пожирает. Едва ли не раздевает ими, отчего невольно краснею.
— Матильда, — произносит хриплым низким голосом. — Опасная для босса! Ты прекрасна…
Глава 24
Мы такие девочки! Стоит услышать комплимент в свой адрес, как таем и растекаемся от блаженства…
Не могу сдержать улыбку. В смущение повожу плечиками и краснею как маков цвет под пристальным наблюдением персонала салона красоты.