С кладбища шла узкая тропинка, спускающаяся серпантином по крутому склону косогора. В конце спуска их ожидала необычная карета из железа, окрашенная в белый цвет, с синей полосой посредине. Странно, но ни одной лошади рядом Солер ни заметил. На предложение сеть в карету, именуемую одним из людей машиной, ему пришлось согласиться. Свое удивление магу удалось замаскировать, а возглас, рвавшийся из груди, вовремя подавить, иначе эти двое поняли бы, что он ни разу не ездил на таком средстве передвижения. Всю дорогу до отделения стражи переговаривались между собой и что-то отвечали по артефакту связи, используя сплошь недоступные для перевода слова и выражения, аналогов которых в родном языке герцога не нашлось.
Участок располагался в небольшом двухэтажном здании с обшарпанной дверью и ржавыми решетками на окнах. «Убогий городишко, — подумал маг, — раз стража вынуждена ютиться в таких ужасных условиях».
Я отвлеклась от записи. Кажется, приехали куда-то. Внедорожник стоял напротив замка — назвать это здание современным особняком язык не поворачивался. Башенки, шпили — тот, кто жил здес, явно увлекался рыцарскими романами. Я с удивлением рассматривала сад, беседки и даже статуи, укрытые снежным покрывалом. Если бы меня не привезли сюда насильно, пожалуй, пришла бы в восторг. Странно, что в машине я оказалась одна. Не боятся, что сбегу? Но подергав ручки, убедилась, что двери автомобиля заблокировать не забыли, ключей в замке зажигания тоже не было. «Но где же мои похитители?» Зря вспомнила, к машине по дорожке, расчищенной от снега до плитки с затейливым рисунком, не спеша шел владелец «Азимута», разговаривая по телефону. Владимир Алексеевич был явно чем-то недоволен. Моя охрана, оказывается, курила за машиной, и явилась перед очами грозного босса, как только он подошел к автомобилю. Четверо мужчин о чем-то долго переговаривались. Как же мне хотелось услышать хоть что-то! Наконец, переговоры завершились. Охрана направилась ко мне, а будущий мучитель быстро прошел мимо внедорожника, даже не взглянув в мою сторону.
— Выходи, приехали, — приказал один из троих охранников, бесцеремонно вытаскивая меня за руку.
— Не, братан, я босса не пойму, что он тут нашел? — ткнул мужчина в меня пальцем.
— Вот и я не пойму, — поспешила с ним согласиться, — может быть, вы шефу кого-нибудь посимпатичнее найдете?
— Ха, ха. Ты смотри, малышка заливает! — восхитился самый высокий из братков. — И ножки у нее ничего так, зачетные. Если еще и сопротивляться будет…
— Пасть захлопни, — посоветовал товарищу водитель внедорожника, которого я раньше видела только со спины. Широкой такой спины, она мне весь обзор впереди загораживала, пока мы сюда ехали, — у босса и так из-за этой пигалицы неприятности.
Меня проводили в замок, закрыв в одной из башенок. Как долго собираются меня здесь держать, и какие неприятности возникли у владельца «Азимута»? Но никто не торопился отвечать на эти вопросы. Я долго ходила кругами — комната, как и сама башенка, была круглой и, скорее всего, предназначалась для гостей. Обстановка лаконичная — большая кровать, две тумбочки, кресло и огромная плазма на стене. Дверь в комнату с удобствами и душевой кабиной не сразу бросилась мне в глаза, но оказалась приятной находкой и весьма кстати.
Я чувствовала себя диковинной зверюшкой, угодившей в клетку. На свободу путь был один — через окно, но боязнь высоты резко снижала мои шансы на удачный побег. Да и дадут ли мне убежать дальше кованой ограды? Измучившись от неизвестности, я прилегла на кровать и незаметно уснула на самом краю.
Пробуждение приятным не было. Предо мной стоял неизвестный мужчина не первой молодости с сединой на висках, но сохранивший былую стать. Костюм на незнакомце сидел как влитой и выглядел дорого.
— Катрина Александровна?
— Да.
— Одевайтесь, вас отвезут домой.
— Спасибо! — я подскочила и кинулась к пуховику, оставленному мной на кресле.
Два уже знакомых мне охранника встретили нас в холле. Кто был этот человек и почему он решил отпустить меня? Оглянулась на мужчину, решив быть вежливой и попрощаться, прежде чем покинуть это место заключения, но меня опередили.
— Постойте, я должен вас предупредить. Мой сын вынужден отступиться, но я слишком хорошо его знаю, — невесело усмехнулся незнакомец, — он всегда получает то, что хочет. А он хочет вас. Мой совет: пока есть возможность — уезжайте. И не стоит надеяться, что вашему любовнику вновь удастся вытащить вас вовремя из неприятностей.
— Ваш сын, может меня убить?
— Нет. Но он вас сломает. Хотя, по моему мнению, тут и ломать уже нечего, — мужчина с какой-то жалостью посмотрел на меня и вновь посоветовал. — Уезжайте. И найдите себе хорошего психолога. Я дам вам денег.
— Спасибо, но деньги не возьму. Можно попросить, — я посмотрела на мужчину с надеждой и, получив согласие, продолжила: Мои записи, они остались у охранников, не могли бы вы…
— Я был уверен, что откажетесь. Вам все вернут. И не откладывайте посещение специалиста, — настойчиво повторил он свой совет.
Я молча повернулась и пошла к выходу. Он бы еще к психиатру меня отправил! Моему возмущению не было предела. — Лучше бы сына воспитывал, а я со своими тараканами сама справлюсь. Хочу их строю, хочу — выгуливаю! И других проблем, кроме, как с его отпрыском, у меня нет. Теперь вот уезжать придется. Хорошо бы с бабулей связаться и получить разрешение на продажу квартиры. Как только приеду домой, сразу же наберу ее номер. Хотя нет, сегодня уже поздно, незачем пожилого человека по ночам беспокоить. Она даже по голосу может определить, что у меня неприятности. А до утра я успею подготовиться и выдумать красивую легенду, зачем мне так срочно понадобилось переезжать в другой город. Конечно, квартира давно в моей собственности, но совесть замучает, если не поставлю в известность любимую родственницу.
У ворот я столкнулась с Владимиром Алексеевичем. При виде меня мужчину перекосило от злости, но он молча прошел мимо.
Я вышла через калитку и не стала сопротивляться, когда меня заключили в крепкие объятья. Я и не сомневалась, точно зная, кому обязана своим спасением! Но откуда у моего бывшего любовника такие связи? Сам Алексей Степанович Орловский, «владелец заводов, газет, пароходов», бывший мэр нашего города, примчался вызволять меня из лап собственного наследника.
— Я так испугался за тебя, — хрипло мой бывший любовник, гладя мои волосы и осыпая лицо поцелуями, — пойдем в машину, мы срочно уезжаем отсюда.
Стоп, а как же мои записи?
— Подожди, я писала….,- попыталась я освободиться из плена его рук. — Мне обещали вернуть!
— О чем ты, любимая?
— Понимаешь, я пишу книгу, — вздернутая бровь и неверие в глазах напротив, — и в машине остался блокнот с записями!
— Разве это сейчас важно?
— Да, там же прода на сегодня!
— Постой, тебя похитили, привезли неизвестно куда, а ты думаешь о каком-то клочке бумаги?!
— Не клочок, а блокнот с записями! — не согласилась я.
— Евгений Павлович, я хотел бы с вами поговорить, уделите мне немного своего драгоценного времени. — К нам подошел старший Орловский.
— Мы, кажется, обо всем уже договорились.
— Да. Но мне есть, что вам сказать на прощание. Девушка может подождать в машине, это не займет много времени.
— Хорошо. Катрин, садись, я скоро, — передо мной распахнули дверцу ягуара.
— Постойте, — услышала я и обернулась к Алексею Степановичу, — вот ваш блокнот.
— Спасибо, — искренне поблагодарила.
Мужчины отошли в сторону, видимо, разговор не предназначался для моих ушей. Я покрутила блокнот в руках — писать нечем, да и настроение далеко не творческое. В объятиях бывшего парня я немного оттаяла, но что дальше? Он уедет, а я в который раз останусь с разбитым сердцем. Нет, расслабляться нельзя. Мой выдуманный мир, мои герои — все, что мне нужно.
Разговор был действительно недолгим, и вскоре Евгений вернулся, держа в руках синюю папку, которую тут же закинул в бардачок машины.