Приблизился к нему вместе с Ча Дохёном и проверил пульс. Сбитый, неровный, но мужчина хотя бы жив, что уже радовало. Глаза его закатились, рот был широко раскрыт, и тонкая ниточка слюны тянулась из уголка губ до самой подушки.
Разумеется, никакой девушки здесь уже не было. Даже следов ее не осталось.
Хотя нет, один я всё же нашел. На втором из бокалов, стоящих на прикроватной тумбочке, был тщательно подтерт отпечаток губ, а салфетку со следами алой помады обнаружил в мусорке рядом с комодом.
— Классическая «медовая ловушка», — заключил начальник службы безопасности, поправив сползшие на нос очки. — Но до начала гонки еще несколько дней. Разве был смысл опаивать его сейчас?
— Был, — произнес я, а после поднес к носу горлышко початой бутылки с красным вином и втянул его запах. — Если дело не только в алкоголе. Если дело в чем-то еще…
И мужчина быстро понял ход моих мыслей, принявшись расталкивать пилота в отрубе.
Но тот не реагировал ни на какие внешние раздражители. Так и валялся пластом, лишь периодически всхрапывая. Вообще по нулям, так что нам больше ничего не оставалось, кроме как вызвать неотложку, доставившую Хану в ближайшую больницу, где его сразу определили в ВИП-палату, чтобы никаких слухов не вышло наружу. Заодно и результаты анализов узнать было бы не лишним.
Однако если в его крови обнаружится хотя бы мизерный процент запрещенных веществ, команда «Чен Групп» накануне заезда лишится своего лучшего пилота.
Отлично. А я-то надеялся хотя бы единственный раз ошибиться в своих изначальных предположениях. Хорошим же уроком это станет для легковерной госпожи Чен. Кстати, самое время ей перезвонить и сообщить не самые приятные новости…
Глава 9
Некоторое время мы с Харин молчали. Просто сидели в коридоре возле палаты, в которую поместили звезду нашей команды и про себя разыгрывали сценарии дальнейших действий, пока что не делясь размышлениями друг с другом.
Результаты анализов крови уже были у нас на руках и каких-либо надежд они не внушали. Коктейль незнакомка намешала знатный, и пусть врачи заверили нас, что с минуты на минуту Шон Хану должен прийти в себя, как минимум неделю, а то и две за руль он сесть не сможет. Ровно до того момента, пока все вещества не выйдут из организма. Да и никто не пустит его на гонку с таким составом в крови.
Ловушка сработала четко, лучше и не скажешь. А что самое главное — уличить «Мун Индастриал» в совершенном возможности не представлялось. По крайней мере, сейчас. Но время-то идет. Меньше трех дней оставалось до начала гонок, а любое расследование, понятное время, затянется на куда больший срок.
Я мог бы предложить массу вариантов наших дальнейших действий. Вплоть до ответной и куда более серьезной диверсии, но, к моему удивлению…
— Мы должны ответить им тем же, — впервые с момента приезда в больницу заговорила Харин. Тихо, но уверенно. Взгляд девушки был устремлен под ноги, а руки она стиснула в кулаки. — Они перешли черту, Алекс. Ты был прав. Но тот, кто пойдет на нас с мечом, сам должен быть готов пострадать от него.
Неожиданное заявление от человека вроде нее, стремящегося любой возникший конфликт уладить миром. Я даже невольно испытал по отношению к госпоже Чен что-то вроде… гордости? И всё же не хотелось, чтобы девушка бросалась во все тяжкие. Это не в ее характере, а я был не намерен его ужесточать.
— Уверена, что хочешь этого? — скосил на нее взгляд.
Харин ответила не сразу. Поджала губы, тяжело вздохнула, и ее метания были мне вполне понятны.
— Нет, — наконец произнесла она так же тихо. — Разумеется, нет, — подняла госпожа Чен взгляд на меня. Глаза ее увлажнились, но предательскую слезу девушка не пустит. Опять же, это не в ее характере. — Я против насилия, в любом его виде, но ведь… ведь если мы проиграем…
— Ты не хочешь расстроить председателя, — подсказал ей, и та медленно кивнула.
— Он доверил мне либо нашу победу, либо поражение. Он… дедушка никогда не говорил мне, как именно поступать, — неожиданно пустилась Харин в откровения. — На протяжении всей жизни он только и делал, что подталкивал меня к определенным решениям, достижениям. Но в то же время я всегда понимала, когда оправдала его надежды, а когда он оставался мною недоволен. Вот и сейчас я чувствую, что предпринять что-то необходимо. Мы должны. Хоть что-нибудь, но… но что?
Она воззрилась на меня с таким отчаянием во взгляде, что я просто не мог это проигнорировать. Всё так же, как на парковке ночного клуба в первую нашу встречу. Ничто не мешало мне пройти мимо и не встревать в конфликт, но какая-то часть меня не смогла пустить всё на самотек.