Я вдоволь пожил и среди людей, и среди модификантов, чтобы сделать собственные выводы и о тех, и о других: ублюдков хватает всегда и везде, главное — самому не уподобиться им.
— Утилизировать самих себя⁈ — с искаженным от возмущения лицом приблизился ко мне Пятый. — Что он, мать твою, несет вообще⁈
Шестой выглядел, скорее, задумчивым, нежели удивленным. Будто бы предполагал подобный исход, но делиться своими мыслями с братом не торопился. Более того — тщательно скрывал свои подозрения, чтобы в нужный момент воспользоваться запасным планом.
Ожидаемо от двойника, всегда отличавшегося хитростью, умением лгать и распознавать даже самую искусную ложь. Как бы ни сложилась ситуация лично для него, он уже знает, как найти из нее выход.
Но выступление Седьмого на этом не закончилось. Далее он обратился уже ко мне.
— Алекс или же Нулевой, как прозвали тебя братья, имея на то веские основания. Будучи модификантом по рождению, подобным нам, ты сумел успешно адаптироваться в человеческом обществе, но, согласись, было бы несправедливо, сделай я исключение конкретно для тебя. Мы все неотъемлемая часть друг друга. Своеобразная семья, скованная и связанная по рукам и ногам. Твои способности, полученные с сывороткой, столь же исключительные, как и наши, и ни один человек не имеет права использовать их в корыстных целях, дабы получить преимущество над остальными. Ни один модификант не покинет этот комплекс живым, и к тебе это относится в той же степени. Ну а заботу об оставшихся в живых членах семьи Чен предоставь мне. Совсем скоро господин Чен явится сюда за тем, что ему дороже всего, и тогда ловушка окончательно захлопнется. Я ни о чем не жалею, а жалеешь ли ты о чем-нибудь, Алекс?.. Времени у тебя в избытке, чтобы хорошенько подумать об этом и примириться с самим собой. Тем же могут заняться и остальные, пока время на таймере не истечет. Это всё.
На такой вот негативной ноте речь Седьмого подошла к концу, микрофон отключился, а на арене воцарилась поистине гробовая тишина.
— Харин… — процедил я сквозь зубы, стиснув кулаки, и лишь теперь припомнил слова Шестого, с которыми и связывалось продолжительное отсутствие сигмы на базе.
«Седьмой скоро вернется. Вернется сюда с тем, что вынудит отца присоединиться к нашему представлению, хочет он сам того или нет».
Прежде уточняющих вопросов по этому поводу я задавать не стал, поскольку все мои мысли занимал грядущий массовый подрыв комплекса. Теперь же всё моментально встало на свои места. Харин изначально собирались использовать в качестве наживки для того, чтобы Хэвон добровольно вернулся сюда и позволил поймать себя в ловушку.
Но сейчас было куда важнее добраться до Харин, и раз уж Хэвон поддерживал общение со своими подопытными, находясь на третьем этаже, значит, и вещает Седьмой именно оттуда. Скрываться у меня больше нет нужды, к черту пропуск. Найду способ спуститься туда собственными силами.
Быстрым шагом Пятый с Шестым, теперь уже в моей компании, вернулись к дверям. Свое намерение выбраться отсюда во что бы то ни стало я обозначил Джинхёку коротким кивком, и мужчина, кивнув мне в ответ, незамедлительно поднялся с места.
Несколько раз гамма безрезультатно провел пропуском первого уровня по считывающей панели, всё еще сохраняя удивительное самообладание в отличие от беты, принявшегося барабанить по дверям кулаками. Скорее, чтобы выплеснуть накативший на него гнев, а не с какой-то практической целью.
— Заблокировал, с-с-сука… — хорошенько треснул он по ним резко вскинутой в воздух ногой и замер в таком положении, уставившись на преграду исподлобья. — Сильно же ты нас недооценил, крыса очкастая. Как будто блокировка сумеет спасти твою зазнавшуюся жопу, ха…
Похоже, отборочные игры с участием сотрудников комплекса отошли на второй план. Испуганный гул на арене постепенно нарастал после продолжительного замешательства из-за всех заявлений Седьмого, но поскольку теперь надзирателей в лице моих двойников пленники нисколько не интересовали, я бы обратил вмешательство сигмы в их пользу.
Успею добраться до комнаты управления до прибытия Хэвона, и возможно, многочисленных жертв избежать удастся.
Но даже если мы встретимся с сигмой лицом к лицу, что дальше?.. Неоспоримый факт состоял в том, что Седьмой — сильнейший из созданных здесь модификантов. Подозреваю, что Пятый с Шестым заняли его сторону по той лишь причине, что им нечего было бы противопоставить ему в открытом бою. А то, с каким хладнокровием он избавился от Третьего, только доказывало это.