– Тетя Света, успокойтесь. У меня нет детей, – усмехаюсь я. – И, наверное, уже больше и не будет.
Тетя Света наклоняется к Никите и манит его пальчиком из укрытия.
– Хочешь с собачкой погулять? – спрашивает с улыбкой.
Никита быстро-быстро кивает и тогда она передает ему поводок.
– Держи. Только не упусти! Милашка добрая, не бойся, не кусается. Иди, погуляй с ней немного. Только на глазах будь, слышишь? – говорит она довольному Никите.
Потом обращается уже ко мне:
– Ты прости меня, Олег, за мою настойчивость, но ты точно уверен, что не можешь быть отцом мальчугана?
– Да почему вы так интересуетесь этим? – не выдерживаю я. – Я же сказал…
– Ты не кипятись, чего ты, – тетя Света берет меня за локоть. – Давай-ка приезжай с мальчонкой завтра ко мне, – подмигивает, – покажу тебе кое-что. Может, тогда и задумаешься.
– Даже и не знаю, – отнекиваюсь я. – У меня завтра плотный график.
– Ничего, подвинь его. Поверь, оно того стоит, – опять загадочно улыбается. – Сын он тебе. Сын. И не смотри на меня так, как будто я выжила из ума. Пока еще соображаю. Приезжай с Никитой и получишь доказательства. На-ка, забей мне свой телефон.
Протягивает мне свой аппарат. Послушно забиваю цифры.
– Сейчас адрес пришлю тебе. Забыл, небось, уже?
Смотрит укоризненно.
– Ну все, завтра жду вас. Никита! – кричит уже в сторону. – Веди Милашку сюда. Хватит, нагулялась.
Когда поводок от собаки оказывается в ее руке, она приподнимается на носочки и целует меня. Гладит по голове Никиту и прощается с нами.
Я еще долго смотрю ей вслед, пытаясь переварить только что услышанное.
– Олег! – дергает меня за рукав Никита. – Поехали домой? Ты обещал про пиратов почитать.
– Да-да, – отвечаю рассеянно и теперь уже долго смотрю на него под его непонимающий взгляд.
Почему тетя Света так уверена, что он мой сын?
Никита не выдерживает и тянет меня за руку к машине.
На следующий день после работы я заезжаю за Никитой домой и мы едем к тете Свете.
– Как вкусно пахнет! – восклицает Никита, когда мы входим в квартиру.
– Иди мой руки и на кухню, – тетя Света целует его в макушку. – Проходи, Олег.
Жестом приглашает меня в комнату.
– Посиди, я налью Никите чаю. Нам бы без него поговорить сначала.
Она уходит на кухню, куда из ванной забегает Никита.
– Нравится? – слышу ее голос.
– Угу, – Никита уже что-то уплетает.
– Ну, поешь пока пирожков, а мне с Олегом поговорить надо.
И она возвращается ко мне в комнату. Идет сразу к шкафу и достает оттуда какой-то конверт. Протягивает мне.
– Посмотри.
Я неспеша открываю конверт и достаю оттуда… фотографии. Вглядываюсь внимательно. На них мальчик такого же возраста как и Никита и поразительно похожий на него. Только одежда какая-то несовременная, что ли. Да, и сама фотография видно, что старая.
– Откуда у вас фотография Никиты? – спрашиваю, нахмурившись.
Мне не отвечают. Тогда я поднимаю глаза и смотрю на улыбающуюся тетю Свету.
– Не узнаешь? – спрашивает она.
Мне начинают надоедать эти игры и, похоже, она видит это по выражению моего лица.
– Это ты, Олег. Двадцать пять лет назад, – огорошивает она меня признанием.
Повисает тишина. Я еще внимательнее вглядываюсь в фотографию. Ну да, это же я. Моя любимая майка и машина вон рядом. Это я. Но тогда…
Поднимаю взгляд на тетю Свету в поисках ответа.
– Ну, теперь ты понимаешь, откуда у меня такая уверенность? – спрашивает она. – Никита! – зовет.
В комнату вбегает Никита. Тетя Света берет его за плечи и ставит передо мной. Зачесывает волосы набок. Точно также как и у меня на фотографии.
И я смотрю на Никиту и на мальчика на фотографии. Одно лицо. Просто поразительное сходство. Пугающее.
Не может быть.
Нет.
Мотаю головой.
– Олег, что случилось? – Никита вырывается из рук тети Светы и подходит ко мне. – Ты заболел?
Я беру его за затылок и притягиваю к себе. Слышу, как быстро бьется детское сердечко. Родное? Зажмуриваюсь.
– Я бы на твоем месте, – выводит меня из нирваны голос тети Светы, – поинтересовалась у давней знакомой, кто отец мальчугана.
Она улыбается.
Уже интересовался. И правды не услышал. Что ж, узнаю все сам.
ДНК. Вот, что даст ответы на все мои вопросы.
Никита у меня. Так что проблем не возникнет. Но я хочу быть уверенным на сто процентов, поэтому мне нужен образец ДНК и Влада.
Кое-как и за немаленькую сумму уговариваю адвоката пойти на должностное преступление и попытаться отрезать кусок ткани от рубашки, в которой был Влад в день смерти. Его вещи хранятся у следователя, но адвокат имеет право знакомиться с вещественными доказательствами.