В кафе она и познакомилась с Гургеном. Он обедал там с другом, но сразу же позабыл о нем, стоило Богдане зайти, покачивая округлившимися за два месяца на ресторанных разносолах бедрами и потряхивая только уложенными в салоне кудрями. Перед отъездом Джордж дал ей денег с тем, чтобы задобрить и мотивировать вернуться назад, и теперь Богдана с удовольствием ходила по салонам и рассказывала мастерицам о том, как живется в Америке. В разговор вставляла американские словечки, которые стали казаться ей более емкими и удобными.
Гурген подсел к ее столику и, несмотря на слабые протесты, заказал бутылку шампанского. Богдана, ожидавшая Валентину, не смогла отказать галантному кавалеру, засыпавшему ее комплиментами и стремящемуся узнать, откуда такая красавица взялась. Кокетливо сообщила ему, что прилетела из далекой Америки всего на пару недель, а потом, увы, улетает. Гурген ахнул и спросил, не ее ли он видел в голливудском фильме? Богдана в ответ засмеялась, шампанское ударило в голову, а потом оно как-то все закрутилось, и домой она вернулась уже под вечер, шальная, счастливая и совершенно забывшая о свидании с заклятой подругой.
По пути встретила Василия с этой его. Та была в куртке, так что живот Богдана не разглядела. Развернув плечи и выкатив грудь так, чтобы Василий еще раз оценил, что потерял, она гордо прошествовала мимо смутившейся парочки, одарив их царственным приветствием. Но Василий сам прицепился – с дочкой захотел повидаться да расспросить, как там в Америке живется и почему она так рано вернулась.
– Выгнал тебя миллионер, что ли? – ехидно поинтересовался он.
– Почему это выгнал? – Богдана ткнула бывшему мужу под нос кольцо со слишком крупным бриллиантом. – Ничего подобного! Просто соскучилась и решила прилететь, маму повидать, а что? Это ж тебе на Сочи надо год собирать, а муж мне разрешает летать куда угодно и когда угодно. В бизнес-классе, – приврала Богдана.
– А как помрет, что ты делать будешь? – не сдержался Василий. Наверняка видел видео, в которых она представляла будущего мужа.
– Да это ты раньше помрешь, – разозлилась та, – в Америке мужики до старости живут, это наши дохнут. Прям на молодках.
– Гляди, как бы твой дед не помер, он, бедняга, наверное, с утра до вечера «Виагру» глотает, – не остался в долгу Василий.
Богдана задохнулась от возмущения и унижения. Ну он у нее еще попляшет. Еще искусает локти, будет смотреть, как она цветет и пахнет, а его молодуха загинается потихоньку с сосками и пеленками.
На следующий день Богдана сделала брови, поселившиеся на бледном лице двумя толстыми мохнатыми гусеницами. Мастер ей не понравилась – никак не реагировала на ее рассказы о прекрасной заморской жизни. Позавидовала – как объяснила мама, с сомнением посмотрев на татуаж дочери, но решила ее не расстраивать. Та и так разрыдалась над переведенным брачным договором.
По нему выходило, что при разводе каждый остается при своем, а в случае смерти Жоржа все, что Богдана получает, – это аренду квартиры на пять месяцев, после чего будет предоставлена сама себе. Никакой пенсии, алиментов и уж, конечно же, никакого замка.
– Мама, я не хочу назад, – завывала раздираемая противоречивыми чувствами Богдана, уткнувшись в материнское плечо.
Та тоже была не в восторге от договора. Даже перечитала несколько раз, чтобы удостовериться, что все правильно поняла. Но ее поезд несся к пропасти на ужасающей скорости, и перед тем, как она уйдет на тот свет, Богдану надо было отдать в надежные руки. Нового мужа она уже не сумеет ей найти, надо выкрутить максимум из старого.
– А ты дурой не будь! Выходи замуж, гражданство получишь и тогда по сторонам посмотришь. Да на такую красавицу набегут желающие, – она ласково погладила бестолковую дочь по дебелой руке и поцеловала в выжженные волосы. – Язык учи, работу ищи, пусть самую простую, а там найдешь кого.
– Кого я найду? – завывала Богдана, но Людмила Степановна была непреклонна.
Через неделю снова упаковала чемодан дочери и внучки и лично отвезла в аэропорт, зорко проследив, чтобы Гурген до отъезда под ногами не путался (то, что Богдана свернула с дорожки, она прочитала на лице дочери, стоило той вернуться домой поздно вечером. Ну ничего, пусть погуляет напоследок).
А затем было уже привычное путешествие, сочащийся радостью и энтузиазмом Джордж, два дня до окончания визы, когда она все-таки подписала договор и они бегом побежали в мэрию договариваться о регистрации брака. Не о таком она мечтала – даже видео было не про что снять! Но Джордж поклялся, что скоро повезет ее на Гавайи и они сыграют там настоящую свадьбу по местной традиции. А она, если захочет, сможет взять в аренду свадебное платье и в нем сфотографироваться.