— Ах, ну да, дитя, конечно же, занятия. Надеюсь, я вас не испугал?
— Нет, что вы, — старалась придать своему дрожащему голосу уверенность, — В следующий раз вы обязательно покажите мне то место…
Я развернулась и быстро побежала в учебное здание. Через несколько минут начиналось занятие целительства, которое ведет наш куратор. И если я опоздаю, то обязательно получу какое-нибудь наказание. В аудиторию я вбежала вместе со звонком. Оглянулась и поняла, что все парты заняты. Девушка, сидевшая за первой партой, которая сегодня заступилась за меня на первом занятии, помахала мне рукой, приглашая сесть рядом. Я быстро села за парту и в аудиторию вошла профессор Вера Лиф.
Невысокая светловолосая женщина, с мягкими чертами лица и приятно улыбающаяся, но с очень твердым характером и невероятной пунктуальностью — это все педагог по целительству профессор Вера Лиф.
Она оглядела аудиторию и властно произнесла:
— Добрый день, студенты. Вы уже все знаете, что на нашем курсе появилась новая студентка, Алисия Виера. Можете не любить её, но жаловать придется. Алисия встаньте, — профессор Лиф подняла руку, и я, словно подчинившаяся её жесту, встала возле парты.
— У меня сейчас нет много времени, — продолжала Лиф, — Поэтому, студентка Виера возьмите вот эту брошюру и ознакомьтесь самостоятельно с правилами на моих занятиях, — она протянула мне достаточно увесистую книгу, которую трудно было назвать брошюру, и снова жестом руки приказала сесть.
На несколько секунд в аудитории воцарилась тишина, а еще через несколько секунд распахнулась дверь, и в неё забежал запыхавшийся студент.
— Простите, я опоздал, — виноватым голосом произнес он и опустил глаза.
— Что сейчас будет, — шепотом произнесла моя соседка по парте мне на ухо, — И брошюру читать не придется, сейчас ты познакомишься с правилами профессора Лиф.
Инна заулыбалась, а я растерянно посмотрела на молодого студента, а потом на профессора, которая уже отчитывала опоздавшего. Продлилось это около 15 минут, за которые я действительно многое узнала, самое главное это не опаздывать на её занятия.
Когда бедный студент уже начал белеть, и наверное, приготовился к самому худшему, профессор Лиф перестала ругаться и велела горе-студенту пройти и сесть за парту.
Только после всего этого она начала занятие.
— Сегодня мы с вами поговорим о растениях, с помощью которых можно вызвать галлюцинации или внушить человеку и даже магу что угодно. Кто-нибудь слышал, что-нибудь о подобных растениях?
— Я слышал что- то о цветке дурмане, — проговорил не уверено Аскар.
— Да, вы правы, есть такой цветок, студент Голден. Еще можете назвать растения, относящиеся к этому классу?
Аскар молчал и делал вид, что думает или вспоминает, но было заметно, что он больше ничего не знает о других растениях.
— Профессор Лиф, — вдруг начала говорит моя соседка по парте, — Я думаю, Аскар не сможет назвать растения, так как больше растений он не знает. Да и этот он запомнил только потому, что название цветка очень похожее с тем словом, которым обычно его называют.
— Ты сама нарываешься! — Аскар вскочил со своего места, — Я убью тебя, идиотка!
— Успокойтесь студент Голден. Прошу без оскорблений, и сядьте уже на свое место, — опустив руку вниз, приказала профессор Лиф, — Я не разрешала вам вставать.
У Аскара от злости лицо покраснело, и раздулись ноздри, но он послушался и сел за парту.
— А вас студентка Лиген, я попрошу встать, — Лиф снова подняла руку, словно без этого её жеста нельзя встать, — Я уже устала от ваших колких замечаний в сторону вашего однокурсника. Это не первый раз, когда вы вдвоем нарушаете дисциплину на моих занятиях, поэтому вынуждена вас наказать. Сегодня вечером вы и студент Голден должны будете собрать в саду все растения, о которых я вам сейчас буду рассказывать и принести их мне. Вам все понятно, студентка Лиген?
— Да, — буркнула Инна.
— А вам, студент Голден?
— Понятно.
— Ну, и хорошо. Продолжаем занятия.
Профессор рассказала подробно о кустарнике акации, о цветке дурмане и об траве белене. Если из них приготовить специальное снадобье, то оно непременно вызовет галлюцинации. Именно эти растения в саду должны сегодня найти и принести Аскар и Инна профессору Лиф.
Дальше разговор зашел об цветах, при помощи которых можно внушить в чужой разум свои мысли, воспоминания и даже не существующую реальность.
— А в нашем саду есть такие цветы? — спросил, кто-то из студентов.
— В саду нет, но в оранжерее под магическим защитным щитом они есть. Эти цветы очень опасные, хотя и выглядят совсем безобидными. Знакомьтесь первый цветок, Астрия, — профессор вывела на доску изображение ярко-желтого цветка с крупной белой сердцевиной, на вид оно напоминало астру с игольчатыми лепестками, — Этот цветок не растет в открытом грунте. Его выращивают специально в стеклянной колбе с крышкой. Способ выращивания цветка, похож на выращивание плесени. Астрию вывел известный целитель и маг Астрий Чен, живущий 600 лет тому назад. Его цветок был один в своем роде, пока двадцать два года назад Александра Шарман, будучи студенткой нашей Академии, не вывела еще один сорт цветка, который обладает еще большей силой внушения, чем Астрия, этот цветок называется Орман, — профессор снова вывела изображение цветка на доску. Это большая белая ромашка. Та, самая ромашка, которую я видела во сне. Ромашки, которые держала в руке женщина, к которой я бежала, совсем маленькой и называла своей мамой. В голове закрутились разные мысли и вопросы, но задать их профессору Лиф, я почему-то смогла не сразу.
— Александра Шарман, а она не родственница профессору Шарману? — спросила Инна.
— Она его внучка.
По аудитории послышались тихие удивленные возгласы.
— А как ей удалось вывить такой цветок? — вновь спросила Инна.
— Александра Шарман, была очень сильным магом. Но кроме этого она прекрасно умела готовить разные зелья и отвары, поэтому прекрасно знала все травы, кустарники и цветы, последние, кстати, были её страстью. Она целыми днями сидела в лаборатории и выводила новые и новые сорта. Вначале цветок Орман, не считался опасным, пока он растет, то не может причинить ни кому вреда, поэтому его Александра даже высаживала в саду Академии для декорирования клумб. Но, когда узнали, на что способен этот цветок, все были в шоке. Он начинал действовать, когда его разлучают с корнем, то есть срывают. Стоило подержать Орман в руках, как действительность могла исчезнуть, и на смену ей придет другая, кем то внушенная.