— Так!.. Давай я детей построю, а ты посуду отнеси!.. — нервно пытается соскочить с разговора тот. — Или лучше наоборот, а то там баба Нюра на страже порядка… — Лагунов чуть ли не спрыгивает со стула, подхватывает пустые тарелки и чашки и мгновенно исчезает из вида, оставляя Олю улыбаться в одиночестве.
— Ну Лагунов… Ну даёт… — качает головой Вихрева прежде, чем переключиться на достаточно сложное для неё задание.
Часть 15.
Привлечь внимание младшеклассников кажется Оле невозможным. И пускай отряд у них не такой уж и большой, но жужжит он куда громче улья с самыми разъярёнными осами, а Вихрева как любительница библиотечной тишины, прерываемой разве что шелестом страниц или шаркающими шагами человека, проходящего мимо по неровному полу, наверное, никогда к такому шуму не привыкнет.
— Ребята, постройтесь, пожалуйста, по парам!.. — Неуверенный голос Оли тонет в аритмичном хоре других.
После ещё нескольких таких же неудачных попыток Вихрева почти сдаётся и находит взглядом Дениса, который о чём-то разговаривает с мужчиной в поношенном медицинском халате. Доктору на вид лет сорок (если не больше), и стоит он так беспокойно, чуть потряхиваясь, пряча дрожащие пальцы в кулаки и время от времени облизывая пересохшие губы, что у Оли закрадывается подозрение врача в алкоголизме. Поморщившись, она неосознанно передёргивает плечами и отворачивается.
— Ребята, кто хочет поиграть в одну очень интересную игру? — неожиданно громко спрашивает Вихрева, снова обратившись к отряду.
Дети, заслышав слово «игра», резко становятся внимательнее.
— Называется она «молчанка». Знаете такую?
Пионеры наперебой, кивая, кричат «Да!».
— Отлично. Правила такие… — Оля присаживается на корточки и понижает громкость голоса до шёпота. — Мы сейчас отправляемся собирать хворост для вечернего костра… Если будете идти сейчас по парам, спокойно, тихо и не пророните ни единого словечка, ни единого звука… — Она бросает короткий взгляд на Лагунова. — То, когда придём на опушку, сможем вместе подшутить над Денисом Сергеевичем и извалять в грязи и траве, но ему об этом мы, конечно же, ничего не скажем…
— А если кто-то проиграет? — вполголоса интересуется одна из девочек, заведя руки за спину.
— А те, кто проиграет, должны будут собрать в два раза больше веток… Ну и если вы вдруг боитесь щекотки… — хитрая, но добрая улыбка появляется на лице Вихревой. — Мы вас до смерти защекочем…
Выпрямившись, она прикладывает к губам указательным палец и видит на лицах детей только заинтересованность и жажду посоперничать друг с другом. Быстро и молча поделившись на пары, они едва сдерживают смешки, но сила воли их не подводит. Оля, повернувшись к стоящему у кухни Лагунову, машет ему обеими руками, чтобы привлечь внимание и, добившись цели, показывает ему знак «тише». Денис, нахмурившись, непонимающе пожимает плечами, а потом до него наконец доходит. Ради приличия пожав протянутую ладонь растерянному доктору, который, кажется, до этого вовсе и не слушал его, Лагунов догоняет отряд, направившийся к выходу во главе с Вихревой. Та отвечает кивком на его «молчанка?», произнесённое одними губами, и еле-еле может сохранять спокойное выражение лица.
До опушки от столовой идти всего несколько минут, но дети за это время успевают подставить друг дружку пару раз, корча рожицы и делая непредсказуемые вещи. По итогу к лесу подходят шестнадцать самых стойких, которые продолжают молчать даже при наличии десяти проигравших, что пытаются вывести их на эмоции.
Затормозив на месте, Оля машет группе побольше и на пальцах делает быстрый отсчёт от трёх до нуля. Заверещав, дети бросаются на ничего не подозревающего Дениса, сбивают его с ног и огромной кучкой наваливаются сверху, задорно смеясь и крича. Вихрева от смеха сгибается в три погибели и хватается за живот, глядя на то, с каким лицом Лагунов пытается выкарабкаться из-под оравы пионеров. Он словно упавший на спину жук, который может только размахивать лапками в надежде перевернуться, барахтается в воздухе.
— Слезьте с меня!.. Оля!.. Это ты их подговорила?! Ай!.. — кряхтит Денис, расталкивая детей. — Ну-ка не пинайтесь!..
— Врассыпную! — кричит кто-то из мальчиков.
По команде пионеры разбегаются по опушке, спотыкаясь об неровности, и весело смеются.
Лагунов наконец поднимается на ноги, тяжело дыша, и отряхивается, пока Вихрева хохочет, чуть ли не катаясь по траве.