В другом кармане Оля нащупывает ту самую деревяшку. Что, если всё это из-за неё? Может, это какой-то радиоактивный кусок чего-то опасного, вот Вихреву и глючит. Лежит, поди, небось на самом деле в пыли вся, рядом с соседкой-табуреткой, а её всей группой ищут.
— Оль, ты чего? Забыла, как галстук завязывать? — вытаскивает из раздумий голос Маши.
— Да я как-то… Устала с дороги, наверное, вот и…
— Ну ты как первоклашка…
Её прерывает громкий звук горна.
Маша бросает взор на будильник и ойкает:
— Полдник! Надо спешить… Давай сюда свой галстук… — Она быстро и умело расправляется с ним и выскакивает в коридор, а затем и на улицу. — Второй отряд, сейчас же построились! Коля, где ты ходишь?..
Оля тоже не теряет времени, запихивает в большой отсек рюкзака телефон с наушниками, прячет вещи в тумбочку и бежит на поиски Дениса. Интуиция подсказывает, что в этом времени Вихрева всё же надолго…
А значит, что чуть позже она сможет всё же просто сесть и подумать, но это потом.
Из громкой толпы школьников выделяется высокий Лагунов, совсем не похожий на обычного себя. Возможно, пока ещё рано делать какие-то выводы, знакомы-то они всего ничего, но с пионерами Денис достаточно ответственный и строгий. Никаких шуточек и даже намёков на улыбку. Зоркие серые глаза пересчитывают детей в отряде, пока те поскорее бегут в столовую, уверенные в вожатых и своей безопасности. Они знают точно — случись что, к взрослым можно идти не боясь.
— Извините… — звучит тихонько чей-то голос откуда-то снизу.
Поозиравшись по сторонам, Вихрева видит рядом с собой девочку лет восьми, которая осторожно хватается за край её юбки и тянет немного на себя.
Девочка несмело просит Олю пойти с ней в столовую за ручку и смотрит с такой надеждой, что отказать Вихрева не в силах.
— Что-то не так? — подскакивает к ним Лагунов, посматривая на свой отряд, ровным строем шагающий на полдник.
— Всё нормально, — улыбается ему Оля.
Всего лишь ведёт незнакомого ребёнка куда-то, обычное дело.
Втроём они идут позади остальных детей и оказываются в шумной, битком заполненной столовой. Здесь пахнет сыростью из-за мытой посуды, а при одном взгляде на какую-нибудь чашку в голове уже звучит этот скрип от её чистоты.
— Где твои товарищи? — спрашивает Вихрева у девочки.
— Там… — Та указывает куда-то пальцем и без лишних слов убегает к пионерам.
И пока Оля задаётся вопросом, почему девочка шла не с друзьями, а попросилась к ней, Денис снова куда-то пропадает. У него будто какая-то способность незаметно исчезать и появляться совсем рядом, потому что Вихрева, отойдя к стенке, испуганно вздрагивает, когда её плеча касается что-то холодное.
Часть 5.
— Чего стоим? Кого ждём? — На лице Лагунова опять эта смешливая ухмылка. — Полдник сам себя не съест, а порцию твою и забрать могут. — Он протягивает Оле гранёный стакан молока и круглую булочку. — Не благодари.
— Спасибо, — всё же говорит Вихрева, принимая их.
От одного вида пищи просыпается напрочь забытый голод и аппетит. Во всей этой кутерьме Оля не обращала внимания на свои физические потребности, а потому булочка съедается за пару укусов, и только молоко Вихрева с наслаждением растягивает на подольше.
— Что сегодня будем делать? — интересуется Денис, жуя сладкую булку. — Трудиться или развлекаться?
Это он сейчас у Оли спрашивает?
— А что вчера делали? — всё же не теряется Вихрева.
— Заборы красили… — Лагунов демонстративно зевает. — Скукотища.
— Тогда развлечения. Конкурсы какие-нибудь?
— Например?
— Ну… Например, кто быстрее покрасит свой участок забора. — Оля ухмыляется и прячет улыбку за глотком из стакана. — Ну или какой-нибудь творческий конкурс. Пусть возьмут разную краску и разрисуют забор, как им захочется. И детям весело, и рисунок останется напоминанием о том, что они здесь были.
Она думает, что сейчас Денис высмеет её идею, но тот серьёзно задумывается и устремляет взор чуть прищуренных глаз куда-то к потолку, сложив руки на груди.
— А что, звучит неплохо… — протягивает он спустя пару минут взвешиваний «за» и «против». — Только надо согласовать, а то Свистуха ругаться будет, если самодеятельность без её ведома будет. Стой тут, я сейчас. — Он вручает Вихревой свой пустой стакан и испаряется в толпе детей.