Я ведь пою. Мужики - разговаривают. И этот вечер ничем не должен отличаться от предыдущих. И эти гости...
Четверо. Плотные такие, лет сорока, может пятидесяти. Иногда на повышенные тона переходят. Пьют что-то из маленьких графинов. Но мы как бы отдельно. Мужики и я.
Я - пою на автомате, думая о том, насколько неудобны эти вот туфли на шпильках.
Они - едят и общаются.
- Ты не слышишь? Продолжай без платья. А то совсем скукота.
Вскидываюсь и замолкаю.
Музыка продолжает играть, только голоса нет. У меня нет. И мне не показалось, теперь уже точно. Один, который сказал это, смотрит хмурясь. Все остальные - выжидающе.
- Я… я ведь не стриптиз танцую. Певица, - говорю растерянно.
- А то мы не знаем, какие здесь певицы, - хмыкает. - Не упрямься. Сделай нам красиво. Мы заплатим, тебя все устроит...
Открываю рот… и закрываю. Головой качаю отрицательно только - вот чего им объяснять? Обойдутся без объяснений. А я быстренько иду с подиума на выход. Он здесь один. И для гостей, и для официантов, для всех… Только вот когда я открываю дверь, то сталкиваюсь с Андреем Григорьевичем, управляющим. Он уже дважды заглядывал - убедиться, что у дорогих гостей всего вдоволь. Даже официантам не перепоручал это - видимо очень дорогие гости. Снова заглянул. И тут же перехватил:
- Куда это? Ты же только начала.
- Они хотят, чтобы я голой пела, - объясняю шепотом, - Я, конечно, не буду…
- Я тебе не буду, - шипит в ответ. - Очень даже буду. Ты думаешь просто так тебя держим? Хоть голой, хоть раком, как скажут - так и пой. И не выпендривайся. На самой пробы ставить негде, а туда же, девочку играет...
И, пока я охреневаю от такого поворота событий, заталкивает меня назад.
И дверь за мной захлопывает.
Вита
- Посиди здесь, подумай о жизни, дура! О том, как много хорошего в ней было... потому что больше не будет.
- Выпустите меня, вы не имеете права! Я хочу позвонить! Я требую адвоката!
Гогочут. Насмотрелась типа девка американских фильмов - а это не Америка. Здесь такое не прокатит. И самооборона, похоже, тоже.
Господи, ну как меня опять угораздило, а?
Хотя я по-другому не могу, похоже. Хрен тебе, а не нормальная жизнь. Если ты молодая, симпатичная и поешь в приватных комнатах. Нормальная жизнь у тех, от кого не отказались родители. Кто не шарахается по ночам по всяким притонам, притворяющимися приличными ресторанами, а спит. Ходит за хлебом в магазин, а не за пивом, поздравляет мать с восьмым марта, получает высшее образование, в офисе работает… У хороших девочек и жизнь хорошая. К ним не пристанут с требованием раздеться догола или еще чего. А к таким как я, на которых “пробу негде ставить” пристанут.
И возражений не будут слушать.
И увещеваний.
Я честно испробовала все. В том зале. И на жалость попыталась надавить, и про закон сказала. Что не могут они против моей воли раздеть меня и петь заставить. Или чего еще. А они загоготали. Как менты примерно. Потому что решили - очень даже могут. С сопротивлением даже прикольней, как сказал один. Не так скучно.
Блядские скучающие хозяева жизни…
А дальше я смутно поняла, что произошло.
Бегала чего-то там, орала и брыкалась. Царапалась, как бешеная кошка. Пока один из них по лицу не влепил мне. А я схватила бутылку, разбила ее и размахивать начала. И, к счастью или несчастью, попала одному из этих “хозяев” по рукаву.
Тут уже они орать начали. Прибежал управляющий, таскал меня за волосы. Охрана. Бутылку забрали - я ногтями того зацепила. А потом кто-то вызвал полицию.
Сначала мне даже показалось, что это неплохо. Все-таки закон и порядок, а не камень на шею и в ноябрьскую реку: от взбешенных мужиков всего можно ожидать. А потом увидела что тот гад, которого я задела бутылкой, передает деньги одному из дядек в форме. И зло так скалится. Да еще и управляющий прошипел мне вслед, что теперь меня точно сгноят за все, что я ему устроила.
“Ему”.
И вот я в комнате для задержания или как там ее. И у меня опять возникает чувство, что я в каком-то дерьмовом триллере. Не понимаю, как из него выбраться. Да хотя бы отсюда!
Я не сильно в курсе всей этой системы, я старалась не попадаться - да и не за что было меня хватать и тащить за решетку. Но понимаю, что какие-то права у меня есть. Что, по меньшей мере, люди в форме должны были составить протокол, спросить паспортные данные, предъявить какие-то обвинения. А не просто так меня запереть. В платье и наспех накинутой куртке. Даже вещи мои остались в ресторане! Не сказать что много там… Наличку я с собой не беру особо. Но ключи от квартиры, да. Телефон. Все запаролено и в облаке, просто саму трубку жалко, она у меня приличная.