- Имя Элена ей нравилось - сказал поднимаясь Абигор.
Эпилог - это не конец истории, а начало новой
Мы с Данталианом возвращались от орков с разными эмоциями. Мне было весело смотреть на любимого демона и видеть, как он по-прежнему, сильно ревнует меня даже к оркам. Вестники не частые гости в их мире, поэтому мне надарили множество подарков и неоднократно попросили взять в мужья, согласны были быть хотя бы вторым, третьим, пятым. Да, представьте себе, в их мире ответственность за семью несет орчанка, потому "слабые", не достаточно высокие или крепкие по меркам местных женщин особи ищут счастья в других мирах.
Супруг успевал и отбиваться от "женихов" и удерживать подарки, но настроение его неуклонно катилось в пропасть.
В этот раз после послания возвращались в Москву, Элена окончила школу, решила поступать в Московский вуз и учиться на ... психолога. Иногда нашей дочери казалось, что знания даются ей слишком легко, где-то она это уже видела или слышала, она не помнила, откуда, но была абсолютно уверена в их наличии. Мы с Данталианом отмалчивались, соблюдая договор с пропавшим из нашей жизни Абигором, боясь возвращения памяти прежней Элены. Для нас маленькая девочка стала большой радостью, мы оба полюбили ее, как родную и не готовы были потерять, не могли предсказать реакцию дочери на заговор близких, в центре которого она оказалась с рождения.
Эту квартиру мы приобрели в одном из домов "для своих", напичкали ее магическими "штучками" расширяющими пространство, позволяющими чувствовать себя в другой локации (лесу, поле, пляже), подстраивающими атмосферу под потребности жильцов: холодно - тепло, сухо - влажно, пахнет - не пахнет. Мне все здесь очень нравилось: и оборотень на входе, не пропускающий НИКОГО без предварительной договоренности, и подвалы-крыши никогда не текущие и не требующие дополнительных взносов, и самонаводящаяся чистота в местах общего пользования, и приветливые, довольные жизнью в неродном для себя мире соседи. Вот соседка из квартиры напротив, гибкая золотокожая суккуба с темными волосами, работает, кстати, в пенсионном фонде нашей страны, питаясь отрицательными эмоциями будущих пенсионеров, доводя последних до истерики, нас и удивила:
- Похоже, дочка ваша из дома сбежала. Рано утром с сумкой умчалась, меня даже не заметила. И лицо, знаете, такое у нее было, как будто покойника увидела - женщина задумалась, прикусила тоненький пальчик с длинным острым черным когтем и продолжила - в зеркале.
- Почему же Вы ее не остановили? - выдохнула я, теряя свое хорошее настроение.
- Демона? Вот уж не надейтесь. Была бы человечкой, я бы в особый отдел сообщила, а кто демоницу обидел, пусть сам себя спасает.
Дверь в соседнюю квартиру закрылась, а я поняла, что теперь не могу открыть свою даже простейшим заклинанием.
Данталиан ворвался в прихожую, вихрем промчался по квартире и вернулся с запиской, оставленной Эленой. Дрожащей рукой потянула край листа на себя и вслед за мужем прочитала послание от дочери: "Я увидела Абигора в новостях и многое вспомнила. Главное, я осознала себя прошлую, не могу оставаться такой как сейчас, я не такая. В прошлой жизни я любила тебя как младшую сестру, теперь мне нужно привыкнуть к мысли, что люблю как мать. Уезжаю в Питер, Абигор сейчас там, убью его, потом поцелую и останусь с ним на медовый месяц как минимум. Я понимаю, почему он не захотел растить меня сам, нашел для меня самых лучших родителей, все правильно сделал, но все равно сначала убью и только потом поцелую. Не ищите меня пока, хочу все осознать и смириться с ситуацией. До свидания, ваша дочь Элена".
- Звони - все, что я смогла сказать.
Данталиан набрал на артефакте связи номер, но ответа не получил. Пройдя в квартиру, опустилась на диван. За годы, проведенные в должности опекунов для маленькой девочки, мы прикипели к ней всей душой. Данталиан старался скрывать привязанность к чужому по крови ребенку, но я видела, Элена стала для него одной из женщин, которой не отказывают, и сейчас он переживал за дочь ничуть не меньше меня.
- Я дозвонился до его помощника, Элена нашла Абигора, влепила ему по роже, а потом они отбыли в неизвестном направлении буквально пару часов назад. Нам он ничего не успел сообщить, потому что предполагал наше отсутствие. Очень извиняется, целует тебе ручку, уверяет, что дочь мы не потеряли, а наоборот приобрели сына. Вампирюга проклятый, помощник этот, если бы я его не знал лет сто, наверное, сам бы в Питер поехал по морде врезать, глядишь, полегчало бы.