— Их боевик столкнулся с ним лицом к лицу и тот выжил.
— Боевик?! Какого?! Они что, опять решили, что договоры им не указ?! ЭТО НАШИ ИНТЕРЕСЫ! НАША ЗОНА ОТВЕТСТВЕННОСТИ! Мерлиновы кальсоны! Если они порушат нам работу, то я сам нанесу им визит.
— Согласен, они перешли грань, но держи себя в руках, Геллерт, так как нам придётся на время забыть про это — они обнаружили живого свидетеля из числа слуг и информация достоверна.
— Я проверю лично!
***
Санкт-Петербург
Александровский дворец.
В кабинете Николая II
Высочайший указ о внесении изменений в законы престолоблюстительства, наследования и отречения от царствования.
От сего дня и до скончания времён сим указом постановляю, что отречение от престола может быть объявлено только в стольных градах Москва и Санкт-Петербург. Об готовящемся отречении сообщают публично за неделю или две до события. В присутствии представителей всех слоёв общества отрекающийся, на чистом листе бумаги, чернильным пером собственноручно записывает текст отречения и затем озвучивает всем присутствующим.
От 1908 года писано собственноручно в 16 часов 20 минут восьмого дня июля месяца
Николай II Романов подпись
…
На часах было семнадцать минут седьмого…но я ещё некоторое время тупо пялился на это поделие механиков и ювелиров
— Епрст я же опаздываю!
Попытался я выскочить из-за стола, но неожиданно отсиженная нога шевелиться не захотела должным образом и я вынужден был схватиться за край стола, чтобы не свалиться.
— Э? Когда это я успел так чем-то увлечься, что не заметил сигналов собственного тела?
Брошенный взгляд на стол подтвердил, что там ничего нет кроме нового указа об изменениях в престолонаследии и престолоблюстительстве нет, но судя по времени проставленном мной самим на указе я втыкаю уже второй час и за это время ничего не сделано и более того я в шесть часов вечера должен общаться с семейством и играть с детьми.
— Хм?
Попытка вспомнить над чем я собственно размышлял всё это время не удалась несмотря на привычку контролировать ход своих мыслей я словно грезил наяву и ни о чём не думал… Нет, не так… я помню ощущение приходящих мысленных образов, но они словно пустые и будто холодные, как если заглянуть в пустой и чистый холодильник и попытаться вдохнуть запах мороза…
— Как интересно…
Звонок вызова и дежурный входит в кабинет.
— Звали, ваше величество?
— Да, скажи, Афанасий, ко мне кто приходил с пол пятого до сего часа?
— Так это… вы же…ну…вроде повелели всех спроваживать, что дескать заняты размышлениями, ваше величество? Да и не было никого, кроме капитана…э э майора…
— Майора от ворот?
— Эээ
Афанасий понял, что не может вспомнить посетителя, который уходя от императора сообщил о его повелении никого не пускать и полез в карман за дежурным блокнотом в котором отмечал всех посетителей. Прочитав короткий список посетителей он облегчённо вздохнул и радостно отрапортовал с посветлевшим лицом, что после трёх часов дня никаких посетителей не было!
— Значит говоришь не было?
— Так точно! Ваше величество, не было! Я всех посетителей записываю сразу же как приходят! У меня все на карандаше!
— А кто тогда сказал, что ко мне никого не пускать и мыслям моим не мешать?
— Так это вы же…повелели…когда…
— Капитан или майор от меня вышел, да?
— Ддааа…
— Так говоришь после Зубатова от трёх часов по полудни никто не приходил?
— Ннеетт… я…блокнот… всех записываю…
— Покажи-ка мне свои записи, Афанасий… Ага действительно ничего нет. Так кто говоришь от меня вышел?
— Так…получается никто, ваше величество?
— Значит я ничего не передавал?
— Получается нет?
— А что тогда ты мне говоришь, что никого ко мне не пускал?
— Ааа…эээ…