С лечением самого себя к сожалению есть сложности, так как в организме мозг это в известной степени отдельная и независимая от остального организма система. Остальной организм и его системы защиты и регенерации как бы не знают о мозге и поэтому он практически не восстанавливается. А если эти системы узнают о мозге, то из-за отсутствия маркеров, что он свой, системы защиты начинают его атаковать, как чужеродный объект, что разумеется заканчивается для человека очень не хорошо. Но так или иначе у меня есть возможность откатить состояние организма на некоторый момент «до», если прошло не слишком много времени. Цена за это будет весьма приличной — судя по доступному описанию потеря опыта, вплоть до утраты доступа к открытым навыкам за это время, если ущерб был значителен. Я к счастью ничего не тратил, так что надеюсь для отката состояния до ранения мне хватит опыта с убитых гвардейцев.
Биение Жизни Возврат былого
…
Очков опыта действительно хватило и хорошо что я на это пошёл, так как выяснилось что у меня присутствовала не только потеря ориентации и тошнота, но и частичная утрата памяти. Возможно оно бы всё со временем и само восстановилось, но проверять, честно говоря, совсем не хочется. Время оглядеться с большим вниманием к окружению…мебелеровка недорогая и не знакомая и вообще судя по всему не особо жилая — я явно не во дворце, но скорее всего не слишком далеко иначе очнулся бы ещё в пути.
Туууу
Раздавшийся гудок подсказал, что рядом проходят железнодорожные пути — значит я всё ещё в Царском селе и судя по всему меня должны были вот-вот переправить с вокзала в какое-то другое место. Окна тут небольшие и закрыты плотно, через них ничего не видно толком, да и звуки с улицы почти не пробиваются, тот же гудок был глуховат — вероятно это место отдыха для сменяющихся бригад или персонала станции, так что упокоенный гвардеец явно не мог меня услышать при такой изоляции от внешнего мира, не так уж много шума я произвёл при пробуждении.
***
Освободив гвардейца предателя от всего лишнего я привёл себя в относительный порядок и с оружием и навыками на готове осторожно двинулся к выходу. Ружьецо решил не брать, так как оно хоть и укороченное, но всё равно под рубаху не спрятать.
…
На удивление вокруг поблизости никого не было. Значит заговор не настолько масштабен и у них не хватает людей даже для надёжной охраны ценного пленника.
С другой стороны мне могло просто повезти и сейчас прибудет подкрепление или заговор настолько развился, что вся округа контролируется их людьми и я просто не смогу выбраться незаметно. Мне надо сторониться открытых пространств, чтобы случайная или не случайная пуля не вышибла мне мозги и не отправило на то перерождение, что мне обещали вместо хождения через сон в прошлое — будущее. Биение жизни
С этим навыком я вижу сквозь стены и серьёзно мне опасны только бомбы и зажигательные смеси. В общем всё непрямого и площадного действия.
…
На улице уже довольно светло, ещё не ясный день, но сумерки весьма условные. Дверь на улицу открыта и я стою на пороге этого домишки, но что дальше? Куда мне сейчас податься? Где верные силы и есть ли они или я как каноничный Николай всё профукал? Так отставить панику и похоронные мысли! Как минимум Москва ещё под союзными флагами хотя бы частично. Значит в первую очередь надо определиться попытаться найти верных тут или всё же ехать прочь из Санкт-Петербурга? И кстати, а где собственно персонал станции и всё прочие люди связанные с эксплуатацией железной дороги?
Биение Смерти
…
Ага! Вот похоже и трупы! Мда… судя по состоянию их прибили вчера вечером, ещё до нападения. Остаётся проверить этот локомотив, что судя по всему и гудел.
***
— Да что они там упились все?! Мне через час уже под парами надо быть, а свежий уголь до сих пор не погрузили! И эти балбесы пропали! Что там у них происходит?!
Рука машиниста потянулась дать ещё один свисток, но предутренняя тишина показалась в этот момент какой-то особенно гнетущей и он замер с вытянутой рукой, но так и не дал очередного сигнала сам не понимая чего испугавшись. Чуть в далеке, у домика бригад казалось мелькнул силуэт и ему почудился пристальный недобрый взгляд, словно заглядывающий в душу и спрашивающий «Чей ты?»