— Хм… может и сработает.
***
Вена
Паладин церкви выходил из кабинета императора Франца Иосифа I, оставляя дверь открытой, чтобы каждый мог увидеть его фигуру прибитую к шкафу тонкими ножами, на подобие того как был распят Иисус из Назарета.
Сплотившиеся вокруг этого инквизитора — священника высшие представители элиты Австро — Венгрии были безжалостно им перебиты, как только настал подходящий момент для данного события. Неизбежная растерянность и с таким трудом стабилизировавшаяся на фронтах обстановка обернётся таким полным и безконтрольным кровавым хаосом, что в нём никто не вспомит про этого странного гостя и ту дюжину человек, что он походя убил, словно мошек, налетевших на сладкое пятно пролитого чая и прибитых свёрнутой газетой.
***
Адриатическое море
Второй отряд вспомогательных крейсеров
— Signor contrammiraglio, i russi riferiscono di aver rilevato del fumo nel nord.
(— Господин контр-адмирал, русские сообщают об обнаружении дымов на севере.)
— Dannazione, come possono vedere qualcosa in questo crepuscolo?! Mantenere una velocità di venti nodi, segnalare la disponibilità a forzare le caldaie a comando.
(— Проклятье, как они что-то видят в этих сумерках?! Держать скорость двадцать узлов, доложить о готовности по команде форсировать котлы.)
***
Отряд австро-венгерского флота, состоящий из четырёх броненосцев, четырёх крейсеров и шести эсминцев двигался в направлении Корсики пытаясь догнать итальянский флот уже после того, как он пересечётся с короблями султана. Корабли макаронников вынуждены идти на полных парах и тем самым износят свои машины ещё до боя, что даст преимущество силам австро-венгрии и потрёпанные броненосцы врага станут лёгкой добычей для опытных командиров эсминцев. В этой атаке участвует лучшие силы флота и император Франц Иосиф лично напутствовал командующего эскадрой, что было с одной стороны и хорошим и плохим знаком: если всё пройдёт удачно, то награды победителям обеспечены, мрачной же стороной этого было отказ от заметной поддержки собственных войск и препятствию подвоза подкреплений, а это уже было признаком, что перелома войны от этой поддержки всё равно не случится.
Когда с передового эсминца доложили об обстреле неизвестными кораблями стало очевидно, что план осуществить внезапную и громкую оплеуху макаронникам провалился: их ждали.
***
Эсминец дозора поставил дымовую завесу и полностью скрылся от наблюдения, что вынудило передовой крейсер противника изменить курс прямо на него из-за опасения получить в борт торпедный залп.
— Курс норд — ост, полный вперёд. Передать координаты дымовой завесы на все корабли, вести огонь фугасными снарядами. Отряду развернуться в линию, рассосредоточиться.
…
Град снарядов осыпал эсминец, но до тех пор пока расстояние между головным кораблём эскадры и эсминцем не сократилось до четырёх километров, тот избегал каких либо фатальных попаданий и заметных повреждений.
— Эсминец по левому борту! Торпедная атака!
— Право руля! Курс на пять часов!
Вынужденный маневрировать крейсер упустил возможность с относительно близкой дистанции поразить эсминец, выскочивший из дымов, до того как он их опять поставил.
Более того уворачиваясь от торпедной атаки он был вынужден разрывать дистанцию, так как не мог повернуть опять на север из-за угрозы торпедной атаки от спрятавшегося в дымах корабля, который всё ещё не получил никаких особенных повреждений и был полностью на ходу и с исправным вооружением.
Дистанция между основными силами флота австро-венгрии сократилась в достаточной мере, чтобы возле флагмана эскадры начали густо ложиться вражеские снаряды. Крепкая броня до поры до времени позволяла это игнорировать, а высокая максимальная скорость обещала затруднить дальнейшее прицеливание.
…
Спустя некоторое время массовый обстрел позиций эсминца принёс свой результат и после того как его охватил пожар, затруднивший борьбу с затоплениями он быстро пошёл ко дну, нашпигованный бронебойными снарядами. Вражеские броненосцы и крейсера значительно сблизились с маневрирующим крейсером и уже довольно часто попадали по кораблю, но неожиданно один из четвёрки броненосцев взорвался: один из бронебойных снарядов проник через слабое место в броне корабля, взорвался возле погреба с боеприпасами, после чего, начавшийся пожар, вызвал его детонацию. Это было неожиданно для всех сражающихся, но каждый командующий понял это по своему: вспомогательные крейсера выделенные по договору в помощь русскому флоту отошли чуть дальше, а флагман сосредоточивший огонь своих орудий на втором близком эсминце развернулся в сторону противника, что было ошибкой, так как первый эсминец всё же выпустил торпеды и развернувшийся крейсер был вынужден немедленно дать задний ход пропуская гостинец, чем превратил сябя в удобную мишень: бронебойный снаряд в двести двадцать или двести сорок миллиметров с одного из броненосцев пробил носовую оконечность корабля ниже уровня воды и вызвал достаточно сильное затопление, которое хоть и не было смертельно опасным, но ограничивало скорость до двух третей от максимально возможной.