Влезать в такую семейную ссору было рискованно, но как упустить шанс досадить Люциусу? И Рэй будет рада, что он помирился с Цисси, не так ли?
— Ты так и не рассказал, как вы познакомились.
— О, это была любовь с первого взгляда! — пылко воскликнул Сириус. — Я увидел её и был пленен, а потом Гилдерой помог мне... добиться её благосклонности.
Договаривал Сириус уже машинально, потому что при одном упоминании Гилдероя Нарцисса пришла в ярость. Казалось, ещё немного, и волосы её оживут и превратятся в змей, а сама она уподобится Медузе Горгоне, первой и единственной среди магов сумевшей пересадить себе глаз василиска.
— Значит, вы с Гилдероем лучшие друзья? — тон Нарциссы стал холодным, отстранённым.
Сириус мысленно проклял себя, пожалуй, не стоило упоминать Локхарта. Но Цисси не стала припоминать Сириусу историю с Мелиндой Крэбб, и он непростительно расслабился.
— Ну да, со времен Мунго, где...
— ВОН! — заорала Нарцисса. — ВОН ИЗ МОЕГО МЭНОРА! ПОШЕЛ ПРОЧЬ, КОБЕЛЬ БЛОХАСТЫЙ! ЧТОБЫ НИКОГДА БОЛЬШЕ НОГИ ТВОЕЙ ЗДЕСЬ НЕ БЫЛО! А ГИЛДЕРОЮ ПЕРЕДАЙ, ЧТО Я ЕГО САМОГО В ЖАБУ ПРЕВРАЩУ, КОГДА ВСТРЕЧУ!
Сириус сам не помнил, как его вынесло из мэнора. Видение выбежавшего к Нарциссе восхищенного Люциуса и слившихся в глубоком поцелуе супругов Малфой тоже вызывало определенные сомнения в своей правдивости. Зато теперь можно было сказать Рэй, что, хотя Малфои и не желают видеть Сириуса, но зато он сам помирил Нарциссу с мужем.
Повеселев, Сириус полез за палочкой, и тут обнаружил, что чёрная тетрадка всё ещё в кармане. Сириус достал её, собираясь швырнуть в морду надменному павлину на воротах, но тут его снова пронзило знакомым ощущением. Пускай это и звучало неуместным каламбуром, но в чёрной тетрадке скрывалось что-то тёмное, даже скорее с большой буквы, Тёмное.
— Очень дорожит, значит, — хмыкнул Сириус, аппарируя к дверям особняка на Гриммо.
На входе в особняк Сириус едва не оказался повержен внезапной атакой Дадли и Гарри, одетых почему-то во все чёрное.
— Мы играем в ниндзя-магов! — гордо объяснил Гарри, снимая маску.
— У вас неплохо получается, — одобрительно заметил Сириус, — я даже не заметил, как вы напали!
— Дадли! Дадличек! — донесся возглас Петунии. — Мне нужна твоя помощь!
— В следующий раз будем играть в Слепого Ичи, чур я буду Ичи! — выпалил Дадли и умчался с громким топотом.
Сириус поднялся, улыбаясь. Истории «тетушки Рэй» явно нашли глубокий отклик в детях. Потрепав Гарри по голове, Сириус отправился в свой кабинет — проверять догадку. Во время генеральной уборки и перестройки особняка нашелся загадочный медальон, с большой буквой «S» на крышке. Из неохотных обмолвок Кричера стало понятно, что медальон имеет отношение к младшему брату Сириуса, Регулусу Арктурусу Блэку. Всей истории Сириусу узнать не удалось, но кое-что всё же прояснилось. Регулус, некогда ставший Пожирателем Смерти, похитил эту вещь у Того-Кого-Нельзя-Называть и сам погиб при этом, то ли от защитных чар, то ли Тёмный Лорд узнал о краже и покарал похитителя. Кричер получил приказ уничтожить медальон, но так и не смог этого сделать. У Сириуса и Рэй, надо сказать, тоже ничего не вышло, даже поцарапать медальон не смогли, и тогда Сириус запер память о младшем брате в сейф в своём кабинете.
При этом от медальона исходило такое же ощущение, как от тетрадки.
— Дядя Сири, можно тебя спросить кое о чём? — прозвучал вопрос в спину.
— Да, Гарри, конечно, — ответил Сириус, проходя в кабинет и сразу направляясь к сейфу.
Сомнений не было — одинаковые ощущения. Люциус был Пожирателем. Регулус был Пожирателем. Тёмный Лорд раздавал артефакты с очень Тёмной магией своим последователям?
— Дядя Сири! — раздался возмущенный возглас. — Ты меня не слушаешь!
— Извини, Гарри, задумался. Так о чем ты говорил?
— Бабушка Вальбурга говорила, что чистокровные во всем превосходят магглов! И что я не должен уступать Дадли и дяде Вернону с тётей Петунией, а наоборот, командовать ими!
— Надеюсь, ты её не послушал? — спросил Сириус, раздумывая над тем, как бы сжечь портрет Адским Огнем, не спалив при этом весь особняк.
— Нет, но ещё она говорила, что я не должен слушать тебя, дядя Сири, потому что ты предал свою семью и не должен слушать тетю Рэй, потому что она нечистокровная!
— Знаешь что, Гарри, — сказал Сириус, кладя руку на плечо крестнику. — Именно из-за такого я и сбежал из семьи, но есть и ещё кое-что, о чём тебе было бы неплохо знать. Когда-то, семь лет назад, самый главный сторонник превосходства чистокровных пришел в один дом, в Годриковой впадине. Он убил твоих родителей и сам погиб, оставив тебе этот шрам на лбу. Ты понимаешь, о чём я говорю?