Это было разумно, даже более чем разумно — единственно верно, и Билл согласился, сам не понимая, что на него нашло с этими раскопками в прошлые дни. Помутнение разума после переноса? Или защитная реакция на все события того бурного дня?
Несколько аппараций в места, где Гилдерой уже успел побывать в эти дни, потом подъём по каменным ступеням, вырубленным в скале. Восторг Билла быстро увял, когда он понял, что ступени оплыли, стерлись, сглаженные ветром, и по всем признакам ими не пользовались минимум несколько сот лет.
— Полцарства... за метлу... — пропыхтел Билл, вываливаясь на площадку наверху.
Гилдерой, свежий и полный сил, лишь усмехнулся, но тут же улыбка сползла с его губ. Он обернулся в сторону развалин, прислушался, хмурясь.
— Что-то случилось? — насторожился Билл, доставая палочку.
— Звук, — бросил Гилдерой. — Слышишь?
Билл вслушивался, но слышал только сиплую одышку Бунты и шуршание песка по склону скалы. Он уже собирался высказать всё в спину Гилдероя, но тут услышал. Жужжание, словно где-то в пустыне завелся огромный механический жук. Стая жуков.
— Бинокль бы сюда, — прошептал Билл, выглядывая из-за камней рядом с Гилдероем.
— Истинный просветленный видит всё сердцем, а там, где не видит, ищет подзорную трубу, — совершенно неуместно хихикнул Локхарт.
Над развалинами, которые они покинули, кружили три... лодки, что ли. Узкие и длинные, с крыльями, острым носом, надстройкой сзади, каждая из лодок несла в себе троих людей. Ещё одна лодка приземлилась в развалинах, но все остальное скрывали камни. Помимо лодок была и баржа, как её обозвал Билл, широкая и приземистая, словно созданная, чтобы неторопливо и неуклюже плыть по каналам.
— Собаки, — вздохнул Билл, наблюдая за высадкой с баржи. — Но какие-то странные.
Собаки рвались вперед на поводках, но видом своим больше напоминали обезьян. Сопровождавшие их люди, те, кто держал в руках поводки, жестикулировали и указывали в разные стороны.
— След они не возьмут, — ответил Гилдерой, — мы же аппарировали.
— Но зачем искать нас?
— Меня больше заботит другое, — задумчиво изрек Локхарт, — то, на чём они прилетели нас искать.
— Летающие лодки?
— Лодки... хм, пусть будут лодки. У магглов нет ничего подобного, — Гилдерой постучал пальцами по камню, из-за которого выглядывал.
— Значит, мы всё-таки перенеслись, — упал духом Билл, сразу вообразивший себе миллион препятствий и трудностей.
Осознание того, что они в чужом мире — возможно, первые за несколько тысячелетий — ударило, словно обухом по голове. Семья, работа... как же всё оно?
— Дыши глубже, — без тени иронии посоветовал Гилдерой. — Нам тут ещё сидеть и сидеть.
Как в воду глядел, сидеть пришлось практически до самого вечера. Лодки летали, потом приземлились треугольником возле развалин. Гилдерой терпеливо наблюдал, изредка что-то помечая в блокноте. С баржи выгрузилась толпа каких-то покачивающихся, словно пьяных, людей. Им вручили молоты и они начали крушить все вокруг. Билл едва не спрыгнул вниз, осознав, что те губят бесценные надписи, но Гилдерой его придержал:
— Если здесь можно открыто применять магию, то я могу и не справиться в одиночку со всеми, — сообщил он Биллу.
Тот хотел уже возмутиться, что тоже неплох с палочкой, но промолчал пристыженно. Где он и где Локхарт, победитель мумий, баньши, оборотней, призраков и терракотовых воинов? Суета в развалинах продолжалась до самого вечера, потом лодки и баржа взлетели. Напоследок они ударили огнём, оплавляя камни и песок, и улетели, скрылись за горизонтом.
— Утром отправимся дальше, — сообщил задумчивый Гилдерой Биллу.
Следующий день они провели в дороге, холмы сменились предгорьями, затем горами, но одно оставалось неизменным: отсутствие жизни вокруг. В небесах не летали лодки и птицы, в холмах не бегали звери и не росли деревья и травы. Пустыня, безжизненная пустыня, только без песка. Не умей они оба творить воду магией, уже мучились бы от жажды.
— Надо было отправляться за лодками, — проворчал вечером Гилдерой.
— Но ты же сам говорил...
— Говорил, но там были люди, — объяснил Гилдерой. — Вряд ли они питались воздухом, сам понимаешь. Ну а то, что они искали нас... да справились бы как-нибудь. Здесь же мы рискуем просто умереть от голода среди камней.
— Повернём? — предложил Билл.
— Поздно, — покачал головой Гилдерой. — По следу надо было мчаться сразу, сейчас уже не найдем ничего. Странно, что тут вообще нет жизни, даже в самых жарких пустынях кто-то да живёт, а здесь нет.