Страшно закричали раненные. Строй сломался, кто-то поскользнулся на кишках, усеивавших арену, кто-то переступал через труп, и в стене щитов появилась прореха.
— В атаку! — крикнул Билл, поднимаясь на ноги и кидаясь вглубь строя.
Низкий длинный прыжок, с места, солдаты просто не ожидали такого. Билл отбил щитом копье, ощутив, как онемела левая рука, уклонился от ещё одного удара, а нога его в это время врезалась в верхний край щита. Нога тоже онемела, но щит уже врезался в лицо солдата, выбивая зубы, вдавливая их внутрь. Рядом раздалось громкое «БУМ-М-М!», молот Херу врезался в еще один щит, смял его и солдата за ним, отбросил прочь.
— Озирис! — в пролом влетел Нахти, один из добровольцев.
Нож в его руке вошел в подбородок ближайшего солдата, но и сам Нахти получил клинок в живот, упал на песок, зажимая рану руками. Билл опоздал на секунду, меч его развалил надвое убийцу Нахти, но и только. Времени заниматься первой помощью не было, солдаты наседали. Пускай всё и перешло в круговерть стычек, в которых гладиаторы были сильнее, но солдат просто было больше.
— Слева! — Ио подставил копье, отводя удар от Билла.
Хрясь! Молот Херу впечатал голову ещё одного солдата в плечи, вместе со шлемом. Билл выпадом достал одного из офицеров или опытных солдат, в общем, того, кто как-то пытался командовать, и тут же отскочил назад, обрубая наконечник копья, едва не доставшего его сбоку. В ушах шумело, дыхания не хватало, выкрики с трибун доносились еле слышно, словно отделённые огромным расстоянием:
— Убей! Убей!
— Гладиаторы — вперед!
— Покажите им, бойцы фараона!
— Уильям — чемпион! Уильям — чемпион!
— Вперед, Строители!
— Херу, бей их молотом!
— Крокодила, стройте крокодила!
— На копья преступников!
Билл снова устремился вперед, выкрикнув:
— Не давайте им сбить щиты!
Солдаты тут же попробовали сбить эту самую стену, но ещё один удар Билла и Херу опять расколол им строй, и это стало последней каплей. Солдаты дрогнули, начали разбегаться и отбиваться кое-как, не помышляя уже о действиях сообща. Билл вскинул меч, указывая на солдат, и трибуны взорвались криком:
— Убей их всех!
Именно так Билл и собирался поступить. Солдаты Имхотепа не вызывали у него особых эмоций, сострадания или жалости, не говоря уже о том, что перед началом боя было объявлено: с арены выйдет только кто-то один. Или гладиаторы, или солдаты, что добавило бою остроты и накала.
— Завтра мы выйдем на арену, — как бы невзначай бросил Херу, оказавшись рядом с Биллом.
— Конечно, ведь окончание игр только через два дня, — ответил Билл.
— Ты не понял, на арену выйдем только мы, гладиаторы. И уйдет с неё только один.
Последний из солдат ещё пытался тыкать копьем, но не продержался и трех секунд.
— Это будешь ты, Синий Маг, — закончил мрачно Херу.
— Я не буду сражаться с вами, — мотнул головой Билл.
— Будешь!
На мгновение Биллу показалось, что бывший кузнец опустит ему на голову молот, столько ярости было в этом возгласе.
— Будешь. Получишь свободу и уйдешь. Ты — маг, у тебя… — Херу замолчал.
Над их головой зависла летающая лодка, одна из нескольких, переживших знакомство с огромным задом Бунты. Следили за Биллом, как могли, поэтому время на арене, кровавое и опасное, было наилучшей возможностью поговорить, во время таких вот групповых боев.
* * *
Вечером того же дня
Дверь приоткрылась, мягко, неслышно, и в камеру Билла вошла тёмная фигура в капюшоне. Билл уже был на ногах, сжимая в руках камушек. Фараон, наконец-то, соизволил прислать убийцу, но сдаваться без боя Уизли не собирался. Шума стражи не было слышно, что только подтверждало подозрения. Камень в его руках поплыл, принимая форму узкого трехгранного стилета.
— Стой! — сказала фигура женским голосом. — Не надо!
Капюшон откинулся, и Билл разглядел в тусклом свете факела, что перед ним стоит Либия. Решила сама его убить? Или Билла прирежут при «попытке нападения» на дочь фараона?
— Завтра будет бой… вас всех заставят драться друг с другом, пока не останется только один, — сказала Либия, так и не дождавшись реакции от Билла.