Жаба согласно квакнула во сне, а Ольга устало опустилась на стул, размышляя над тем, во что её опять втравил Шеф.
* * *
12 июля 1991 года, Румыния
Ольга открыла дверь и возмущенно вскрикнула: стоило ей выйти на минутку, поставить пару сигнальных заклинаний, как сразу начался разврат! Гилдерой стоял перед привязанной к стулу вампирессой и что-то засовывал ей в рот, круглое и длинное, совершая поступательные движения рукой вперед и назад. Пленница возмущалась, отбивалась и мычала, не имея возможности закричать.
— Чем это вы тут занимаетесь, пока я обеспечиваю безопасность?
— Это не то, что ты подумала! — тут же обернулся Локхарт.
— Он собирался засунуть мне в рот свою грязную штуку! — пожаловалась пленница, едва Гилдерой отошел от неё.
— И ничего не грязную, — обиделся Гилдерой, — я её только что трансфигурировал!
Удивительное свойство Гилдероя — превращать всё в пошлый балаган, — подумала Ольга, изучая предъявленную ей «штуку»: круглый длинный напильник. Вампиресса, привязанная к стулу, наблюдала за напильником с плохо скрываемым беспокойством и поджимала губы, стараясь скрыть выпирающие клыки.
— И зачем? — поинтересовалась Ольга.
Гилдерой молчал, поигрывая напильником.
— Ну что ты молчишь? — не выдержала Ольга, так и не дождавшись, если не смущённых оправданий (это же Локхарт!), так хоть какой-нибудь реакции.
— А что надо сказать? — лениво поинтересовался Гилдерой. — Ощутить себя виноватым? Извини, не могу, ведь она, — махнул он напильником в сторону привязанной вампирессы, — собиралась наброситься на меня и начать сосать! Не то чтобы я...
— Эй, давай уже без пошлостей!
— …был беспомощным мальчиком, — не моргнув и глазом, на ходу изменил предложение Гилдерой, — но и она не юная, невинная девица, не так ли?
Гилдерой указал напильником в сторону вампирессы, которая злобно зашипела в ответ.
— Всё равно, это не дело! — сердито заявила Ольга.
— О Анубис, — вздохнул Гилдерой и откусил часть напильника, после чего прочавкал. — Ну, довольна?
— И ты думаешь, она... — взмахнула рукой Ольга в сторону вампирессы.
— Меня зовут Аблана, между прочим!
— …раскололась бы от такого?
— А что, нет? — удивился Гилдерой и откусил ещё часть напильника.
Аблана что-то прошипела злобно под нос и сверкнула глазами.
— Вот видишь, — обвиняющим тоном сказал Гилдерой, — ты мне сорвала всю часть с моральным давлением и раскалыванием пленницы! Теперь придется перейти к физическим пыткам!
— Пыткам?
— Ольга, ты не заболела? — участливо поинтересовался Гилдерой. — В Мексике ты вампиров жгла только так...
Вампиресса неожиданно подпрыгнула вместе со стулом и затараторила:
— Я всё скажу! Всё скажу!
— Что за шумиха с тёмными тварями? — тут же вплотную подскочил к ней Гилдерой. — Чего вы вертитесь возле заповедника?
Ольга, не удержавшись, бросила в его сторону взгляд. Заповедник! В Мексике всё начиналось точно так же, надуманный повод. Случайно завернувший Гилдерой, теперь только стрип-бар открыть и сходство будет полным. Тёмные твари? Вампиры решили расширить поток контрабанды в Европу?
— Нам приказали, к старшему приезжал тёмный маг, я не знаю, кто он, правда не знаю!
Аблана тараторила, глотая слоги и окончания, Гилдерой отодвинулся, чтобы слюна не летела в лицо. Тёмный маг? Но Ольга не успела спросить, вампиресса все рассказала сама:
— Он был в капюшоне и какой-то маске, сказал, что мы будем ему подчиняться, а потом всех скрутило болью, и он хохотал, словно безумный, пока мы корчились от боли! А потом сказал, что это наказание, кнут, для тех, кто не подчиняется, а тех, кто подчинится и поможет, ждёт награда, огромная награда!
— Какая?
— Румыния будет наша! Как во времена Дракулы! — зашипела вампиресса.
— Да она и тогда не была вашей, — презрительно бросила Ольга и пояснила Гилдерою: — Насочиняли себе сказок, да сами в них и поверили, ха! Ну, было тут сильное гнездо, держало в подчинении какие-то города да деревни, и что?
— Что?
— Приехали османские маги с янычарами, поставили всех по стойке «смирно», вампиров рассадили по осиновым кольям и уехали обратно, ибо нефиг подданных империи жрать и поступление денег в казну снижать. А сказка гулять пошла, как Дракула за Румынию бился, да как вампиры Трансильванией владели.
Аблана сверкала глазами, но так и не рискнула что-то возразить.