— Нахал, — фыркнула ему вслед Ребекка, суматошно разглаживая несуществующие складки на мантии. — Наглец! Болван! Надеюсь, он не забыл от счастья свою жабу?
Но вокруг не было никого, лишь из дальнего угла доносилось щелканье ножниц, наверное, кто-то опять воевал с зубастой геранью, невесть как попавшей в теплицы и ни в какую не желавшей выводиться.
— Ох, Алиса, вы просто вернули меня к жизни, — Сириус поднялся с кровати и, блаженно потянувшись, стал натягивать рубаху. — Огромное вам спасибо.
— Что вы, мистер Блэк, — порозовела девушка, теребя рукав форменной мантии. — Я совсем недавно проходила курсы массажа и мало ещё что умею.
— Если у вас так великолепно получается уже сейчас, то со временем ваш массаж и вовсе станет лечить не хуже Философского Камня, — хмыкнул Сириус.
Вконец засмущавшаяся девушка ещё помялась с минуту, а затем, торопливо поправив помятое покрывало на кровати Блэка и пробубнив что-то неразборчивое, поспешила ретироваться. Он не стал её останавливать. Сириусу пришла в голову мысль о том, что эта вот девчушка на первом курсе Хогвартса училась, когда его бросили к дементорам, и Блэк вдруг почувствовал себя ужасно старым. Пусть ему и твердят все о том, как молодо и живо он стал выглядеть, себя-то не обманешь!
Подчинившись внезапному порыву, Блэк подскочил к стене и с размаху саданул по прикрепленной к ней толстой доске.
— У-у… — простонал он и потряс пострадавшей конечностью. — И как Гилдерой это делает?
Его сосед по палате, едва вселившись, тут же развил бурную деятельность — оборудовал место для жабы, притащил вместо нормальной кровати какой-то матрас и приколотил к стене толстую доску, по которой регулярно колотил руками и ногами с завидной силой и упорством. Несмотря на разницу в возрасте, соседство с Локхартом не тяготило Блэка — вечно деятельный и никогда не унывающий парень изрядно его веселил.
В дверь постучали.
— Входите, Алиса, — Сириус торопливо спрятал покрасневшую от удара руку за спину, чувствуя себя нашкодившим мальчишкой. — Вам я всегда ра…
— Боюсь, что не оправдаю твоих ожиданий, мальчик мой, — в дверях стоял Альбус Дамблдор собственной персоной! — Насколько я понял, мисс Броклхёрст отправилась на третий этаж. Могу я войти?
— Да, конечно, — Сириус растерянно взъерошил шевелюру. — Что вы тут делаете?
Альбус аккуратно прикрыл за собой дверь и, дойдя до кровати Блэка, аккуратно присел на краешек. Помолчал, оглаживая бороду, и, наконец, поднял на Сириуса свои выцветшие голубые глаза:
— В первую очередь я здесь для того, чтобы извиниться.
— Ай, бросьте! — Сириус принялся раздражённо мерить палату шагами. — Я виновен в смерти Джеймса и Лили. Это я должен был стать Хранителем Тайны. Я, а не Питер! Это из-за меня их убили, из-за меня! К тому же, я сам с горя сообщил на процессе, что виновен, да, дурак был, признаю. Годы в Азкабане вправили мне мозги. Но вы-то тут при чём?
— Я должен был лучше выполнять свои обязанности, как глава Визенгамота, — печально покачал головой Дамблдор. — Из-за моей ошибки невиновный человек на долгие годы оказался брошен в ужаснейшую тюрьму…
— Я видел, как вы и Крауч выполняли свою работу, — перебил его Блэк. — Видел, с какой скоростью наполняются сторонниками Лорда соседние камеры. Не нужно брать на себя ношу больше, чем ты в состоянии унести.
— Подчас у нас не остаётся иного выбора, мальчик мой, — грустно улыбнулся Альбус. — Есть ещё один трудный разговор, которого, как бы мне ни хотелось, нам не удастся избежать. Скажи мне, что ты будешь делать, когда твоё лечение подойдёт к концу?
— У меня остался должок перед Джеймсом и Лили, — пожал плечами Блэк. — Я задолжал маленькому Гарри подарков аж за семь лет. Буду навёрстывать. Друзей навещу. Анда с мужем навещали меня в первый же день, да и Ремус заходил как-то… тоже извинялся. Не помню точно — я поначалу очень слабо соображал, что происходит вокруг. Но главное — Гарри! Он живёт у вас? Про него ничего не известно с той самой ночи. Наверняка вы где-то его спрятали, верно?
— Не совсем, — вздохнул Дамблдор и выпрямился. — Дослушай, пожалуйста, до конца то, что я тебе скажу, Сириус, мальчик мой, и только потом начинай сыпать проклятьями.
— Многообещающее начало, — хмыкнул Блэк.
— Когда я только закончил Хогвартс, то на руках у меня осталась младшая сестра, Ариана. Наша мать умерла, а отца посадили в Азкабан, откуда он не вернулся, — Альбус помолчал, собираясь с мыслями. — Мы заботились о девочке втроём: я, Аберфорт и Геллерт.