— Не надо стыдиться, — покачал головой Дамблдор, — этот вариант обсуждался и был, в конце концов, отвергнут.
Сириус припомнил хаос первых дней после Хэллоуина и захвата власти Волдемортом, и кивнул в ответ.
— Оставим в стороне то, что родственники Гарри, как и сам Гарри, были бы фактически обречены на заточение, — сказал Дамблдор, складывая руки перед собой, — особняк — слишком очевидная ловушка. Расставив капкан на Волдеморта, мы скорее всего, сами угодили бы в него. Том стал слишком хитёр, осторожен и предусмотрителен, поражение в Албании и возрождение при помощи Философского камня сделали его смертельно опасным противником. Взять, например, уроки Окклюменции с Гарри.
— А что с ними не так? — сразу насторожился Сириус.
— Всё нормально, Гарри ответственно и серьёзно подходит к нашим занятиям, ну а то, что нет особых успехов — это тоже нормально, ему всего одиннадцать, — спокойно ответил Дамблдор. — Но связь разумов, образовавшаяся благодаря кусочкам души Волдеморта, это обоюдоострое оружие. Не только Том мог что-то внушать Гарри, но и Гарри мог залезть в голову Тома, что-то подсмотреть или услышать, или даже нанести удар, особенно, если ему будет кто-то помогать.
— Залезть в голову Волдеморта?! — Сириус вначале нахмурился, а потом рассмеялся.
— Разумеется, вероятность того, что Гарри сможет перебороть волю Волдеморта, крайне мала, но обновленный Том не стал рисковать даже такими шансами, — объяснил Дамблдор. — Он закрыл свое сознание, и у Гарри больше не болит шрам, но связь осталась и Волдеморт в любой момент может вынырнуть и атаковать. Поэтому занятия Окклюменцией прерывать пока что рано.
— Может атаковать его в ответ? — Сириус ощущал азарт.
— Конечно, я мог бы помочь Гарри, — спокойно кивнул Альбус, — думаю, в Хогвартсе найдется еще несколько сильных легилиментов, но основную работу должен проделать сам Гарри. Будь он способен сломать защиту Волдеморта и залезть ему в голову... думаю, все согласились бы рискнуть, хотя бы потому, что уж сам Том точно помнит, где он спрятал свои крестражи.
Сириус бросил взгляд на Дамблдора, но переспрашивать не стал. И так было понятно, что тот дневник с медальоном так и остались единственными успехами. При этом Дамблдор был уверен, что должно существовать ещё пять крестражей, предполагалось, что какой-то из них мог сгинуть в пламени, поглотившем «Гринготтс», но это были лишь ничем не подтверждённые догадки.
— Как ни странно, но сейчас наши шансы найти недостающие крестражи увеличились, — понимающе улыбнулся Дамблдор. — Война развязала нам руки, а дневник и медальон показывают, что остальные крестражи тоже могут быть у Пожирателей.
— Если Тёмный Лорд так умен, то он мог их собрать и держать при себе, — возразил Сириус.
— Как раз наоборот, если он умён, то не станет держать их при себе — ведь тогда мы сможем уничтожить не только его, но и предметы, гарантирующие его бессмертие.
Сириус озадаченно почесал в затылке, и подумал некстати, что не мешало бы постричься.
— Нет-нет, новый Том не из тех, кто совершает такие ошибки, — продолжал Дамблдор, оглаживая бороду мерными движениями. — Он даже перестал воздействовать на Снейпа через Метку, сообразив, что это тоже уязвимость и выдача информации. Сейчас у нас есть время, пока война застыла в шатком равновесии, пока Волдеморт выжидает, но вот то, что он выжидает, беспокоит меня больше всего. Почему? Потому что он точно так же выжидал, после событий в Гринготтсе. Копил силы, наносил непредвиденные удары, а мы занимались бесплодными поисками. Прямо, как сейчас.
— Понятно, — пробормотал Сириус.
Он не слишком вникал во все эти выверты большой политики, преподавал Зелья, нерегулярно ходил в рейды, когда выдавалась возможность и свободное окно, патрулировал, занимался с Гарри и его друзьями, пока Джуди вела факультатив Гилдероя для старших курсов, помогал Рэй и Дурслям, и, в общем-то, вёл крайне насыщенную жизнь, если так подумать.
— Скажи, Сириус, что ты думаешь о Гилдерое Локхарте? — неожиданно сменил тему Дамблдор.
— М-м-м, — выдал в ответ Сириус. — Вы же неоднократно слышали моё мнение! Оно не изменилось, даже усилилось, после сражений плечом к плечу.
— Да, после смерти Аластора, Локхарт наш лучший боевик, его слава и известность, его поклонники...
— И поклонницы, — не удержался Сириус.
— Да, мисс Бэрбоун несомненно внесла оживление в школьную атмосферу, — улыбнулся Альбус.
Уроки ЗОТИ, когда она подменяла «заболевшего профессора Снейпа», точно пользовались бешеной популярностью, по крайней мере, среди парней. Также она вела факультатив Гилдероя, помогала в медпункте, ходила в Запретный Лес, патрулировала Хогсмид и на досуге работала корректором, исправляя ошибки и переписывая новую книгу Локхарта. В общем, день-деньской мелькала в школе, к радости учеников.
— Но всё же, — Дамблдор поджал губы.
— Неужели вы подозреваете Гилдероя?! — вскричал Сириус, вскакивая.
— Подозреваю, — не повел и бровью Дамблдор. — Я всех подозреваю. Помнишь, как говорил Аластор? Постоянная бдительность?
Упоминание Грюма остудило пыл Сириуса, опять вспомнились события Хэллоуина 81-го. Ведь он считал, все они искренне считали Питера другом, а что вышло в итоге?
— Налеты на окраины Хогсмида — это мелочь, тем более, что Волдеморт легко мог мобилизовать вдесятеро больше людей и существ. Камины под контролем Министерства, мётлы, да и антиаппарационный щит над Хогсмидом можно сломать. Значит, Волдеморт ждёт. Чего он ждёт?
— Чего он ждёт? — повторил Сириус.
— Один из вариантов — удара изнутри. Первая война показала, что такое маги под Империо, поэтому части Пожирателей удалось отвертеться от Азкабана.
— Вы поэтому не приглашаете Локхарта в Орден и на собрания?
— Отчасти. Но в основном потому, что он сам сказал, что ему всё это неинтересно.
— Что-то я окончательно запутался, — признался Сириус.
— Это особенности войны волшебников — самые сильные из магов это больше, чем просто сильные маги, — непонятно объяснил Дамблдор, улыбаясь в бороду. — В общем, просто присматривай за ним, тем более что теперь у тебя есть для этого дополнительная причина: он взялся лично тренировать твою племянницу. Нимфадору Тонкс, дочь Андромеды.
Которая могла принимать любой облик, так как была метаморфом, и при этом только летом закончила Хогвартс! Личные тренировки! Ну, Гилдерой, погоди! Эти мысли вихрем пронеслись в голове Сириуса, когда он выбегал из кабинета Дамблдора.
— Судя по выкрикам мисс Бэрбоун, Гилдерой где-то у подножия Астрономической башни! — донеслось ему вслед.
Сердце стучало в груди так, словно хотело выскочить наружу. В отчаянной попытке скрыться, Невилл прыгнул на стену, даже сумел зацепиться за ближайший выступ, но затем сорвался. Телом он может и был Гилдероем Локхартом, но вот разумом оставался все тем же Невиллом Лонгботтомом.
— Профессор, вы явно устали, — донесся со спины вкрадчивый голосок, от которого по спине Невилла побежали мурашки.
Невилл обернулся и вжался в стену, с обреченностью понимая, что никто его не спасёт. Тревор, как мудрый жаб, сбежал куда-то ещё в середине погони, палочку Невилл выронил сам ещё раньше.
— Вам нужен покой и отдых, Гилдерой, — мисс Бэрбоун надвигалась неотвратимо.
Она тоже запыхалась от быстрого бега, и тяжело дышала, вздымая высокую грудь. Вгляд Невилла прикипел к её белой рубашке, на которой были расстёгнуты три верхние пуговицы.
— Массаж плеч и спины, ведь они у вас постоянно в напряжении! И ноги у вас дрожат, вы явно переутомились!
Она была уже совсем рядом, и Невилл зажмурился обречённо, понимая, что подвёл профессора Локхарта. Руки ухватили его за талию, что-то влажное накрыло губы и язык полез внутрь рта... и в этот момент раздался спасительный рёв:
— Гилдерой!!! Прибью!!!
И глядя в возмущённое лицо Сириуса Блэка, Невилл не мог удержаться от мысли, что обожает нового профессора Зельеварения.
*