— Где жемчужина для моей коллекции? — спросил Витторио, глядя на Ханса чёрными глазами.
— Вышла небольшая накладка, сейчас её у меня нет, но дон Витторио! Клянусь, немного помощи, и завтра мы возьмём власть, а мой заказчик отблагодарит вас в десятикратном размере, не говоря уже о том, что мы принесём жемчужину, — стараясь держать голос спокойным, но всё же слегка заискивающе произнёс Ханс.
Дон Витторио, сидевший в кресле напротив, не спешил с ответом. Гремела музыка, веселились гости, а Витторио не спеша достал сигару, обрезал её, закурил, выпустил кольцо дыма и только потом сказал:
— Ты приходишь в мой дом в день свадьбы моей дочери, но не проявляешь должного уважения, не приносишь с собой жемчужину, которую я попросил доставить.
От его спокойного тона Ханса пробил холодный пот, и он подумал, что надо было брать с собой своих людей. Конечно, даже его отряд отборных головорезов не пляшет против сил дона, но хотя бы уйти сумел бы! Теперь же...
— Нет жемчужины — нет помощи, — продолжил Витторио. — Приходи, когда она у тебя будет, и тогда я подумаю, помогать тебе или нет. Лукиано, проводи моего гостя к воротам.
Идя к воротам, Ханс мысленно утирал пот и проклинал Фрэнки с его неумеренным азартом. Также Ханс думал о том, что надо немедленно найти эту наглую жабу, жрущую жемчужины, выпотрошить её и мчаться обратно к Витторио.
*
25 июня 1989 года, Сейшельские острова
Северус Снейп страдальчески морщился, прикрывая рукой глаза от слишком яркого солнечного света. В голове неустанно вертелась мысль, что тропические острова — это, конечно, прекрасно, но только тогда, когда ты приезжаешь сюда отдыхать, а не работать. Только учебный год закончился, и тут же на связь вышел Люциус Малфой, старый друг, чтоб его пикси со скалы сбросили! Нет, внешне всё выглядело просто и пристойно: съездить в Исландию, проверить, куда подевалась жена Люциуса, Нарцисса. Оплата щедрая, трудности минимальные, по крайней мере, если верить Люциусу. Снейп, разумеется, не поверил — будь там минимальные трудности, Люциус и сам бы съездил, а не просил Северуса.
Отказать не получилось, Снейп был должен Люциусу за прошлые дела, да и оплату он предлагал более чем достойную, но мысленно Северус приготовился к самому худшему. Тем не менее, Исландия встретила его вполне мирно, разве что долго пришлось местных тормошить и протрезвлять, пытаясь добиться ответа. Тут, конечно, помогли бы зелья, но Снейп их с собой не взял — всё, что могли производить сами, исландцы облагали немаленькими пошлинами, не пуская на свой рынок чужих зельеваров.
Исландцы улыбались и предлагали Северусу выпить. Решив совместить два в одном, Северус разыскал местного маггла-перекупщика, насильно привел его в себя, дал выругаться от души и потом приступил к выяснению двух вопросов Люциуса: что с бизнесом Малфоя и что с его женой. Гуннар Михельсон заверил Северуса, что теперь, когда маги и сиды породнились через брак, бизнес Малфоя просто расцветёт! Снейп подавил желание применить на Михельсоне Империо (чтобы не нёс чуши, а отвечал по существу), и спросил о Нарциссе. Ответ, что та сбежала в тёплые края с Гилдероем Локхартом был почти таким же бессодержательным, как и первый, но тут хотя бы было понятно, с чего начинать. Влив в Гуннара жбан пива в качестве компенсации, Снейп принялся за розыски, приведшие его, в конце концов, на Сейшелы.
Спускаясь по трапу, проходя нехитрую таможню, направляясь в отель на соседнем острове, Северус непрерывно думал о том, как он устал от всего этого. Хотелось только одного: найти Нарциссу, вернуть её мужу, и после этого забиться в Коуксворт, в родной Паучий Тупик и не высовывать оттуда носа всё лето, забыться в глуши и чтобы все забыли о нём в ответ!
*
Пару часов спустя
— Ну вот, попались, голубки, — пробормотал Снейп под нос, наблюдая за Нарциссой и Гилдероем (а кто ещё мог это быть, с золотистыми кудрями и под ручку с женой Люциуса?), входящими в единственный на все Сейшелы торговый центр.
Огромный небоскрёб, сияющий, как и все вокруг, попутно вмещал в себя Первый Национальный Банк, с таким неявным намеком, мол, не хватило денег на покупку — возьми кредит прямо на месте! Места на Сейшелах, прямо говоря, не хватало, вот и совмещали, как могли. Да что там говорить, если аэропорт занимал целый остров, самый большой из всей россыпи, а всякие там гостиницы, магазины и прочее было вынесено на соседние клочки земли. Красивые клочки, конечно, этого не отнять, белоснежный песок на пляжах, пальмы, прозрачная до умопомрачения вода, но…
Снейп был в мрачном расположении духа и поэтому его всё раздражало. Хотелось вытащить палочку и долбануть по торговому центру струей Адского Огня. Какой-то кретин наступил ему на ногу, и Северус едва не превратил его в жабу, даже палочку достал. Улыбающиеся продавщицы в бесконечных сувенирных магазинчиках раздражали фальшивостью своих улыбок и смуглостью кожи. Посетители — своим шумом и бесконечной болтовней о красоте природы и сувенирах. Нарцисса и Гилдерой раздражали тем, что он никак не мог догнать их, заходивших то в одну, то в другую лавку. Раздражал и развратно-тропический наряд Нарциссы, причем то, что она в нём не выделялась из толпы, раздражало вдвойне. Северус едва не ухватил одну блондинку, но вовремя понял ошибку и отдернул руку. Впереди вновь мелькнула Нарцисса с Гилдероем, и Северус ускорил шаг, чтобы догнать их, но тут впереди раздались стрельба и шум, и Снейп остановился. Он колебался: идти вперед, спасать Нарциссу или отступить, ибо стрельба это серьезно, вследствие чего потерял время и не успел вовремя отреагировать, когда кто-то вылетел на него из-за угла.
Снейп на рефлексах ударил заклинанием огня, но тут же получил удар в грудь и отлетел вглубь магазина одежды. Отчетливо донесся хруст сломанной палочки, что-то обрушилось сверху, закрывая обзор. Топот, грохот, отчётливо потянуло дымом и жаром, и Северус, преодолевая боль в груди, начал выбираться из вороха одежды. Что-то трещало и воняло, и Снейп понял, что это горят его волосы и удвоил усилия. Неожиданно его ухватили крепкие руки, подхватили, вздёрнули, и в лицо Северусу с шипением ударило нечто белое и холодное, заставив зажмуриться.
— Босс, вы в порядке! — заорали в ухо Снейпу, заставив замереть на секунду. — А мы уж волновались! Куда он делся?
— Кто? — спросил Северус.
— Тот, кто вас утащил! Этот, мудак с жабой и жемчужиной!
Снейп аккуратно приоткрыл один глаз. Его окружали вооружённые автоматами головорезы, а палочка... да, под ногами Снейпа лежали обломки его верной палочки.
— Потом, — как можно спокойнее сказал Северус, проводя рукой по лицу. — Найдите мне полотенце и одежду.
— Спокойно, — неожиданно шепнул в ухо Нарциссе Гилдерой, — нас окружили, не оглядывайся!
Разумеется, Нарциссе немедленно захотелось обернуться! Но Гилдерой, делая вид, что обнимает её, удержал Нарциссу и зашептал на ухо:
— За нами следят, и там этот, вчерашний хмырь из казино.
— Что будем делать? — прошептала Нарцисса.
— Попробуем оторваться от них и покинуть здание.
Но не вышло, впереди что-то загрохотало, а потом раздался выкрик:
— Всем стоять! Никому не двигаться, или стреляю! Не шевелиться!
— Проклятье, — прошептал Гилдерой, — у них автоматы.
— Что? — Нарцисса посмотрела вперед.
Там крепкие парни с какими-то железками в руках оттесняли толпу, а та покорно пятилась. Нет, Нарцисса поняла, что речь идет о каком-то оружии магглов, но такого на уроках Маггловедения они точно не проходили! Аппарировать прочь, воспользовавшись суматохой, вот выход! Но Нарцисса не успела, так как Гилдерой неожиданно взмахнул рукой и отбросил её в сторону, в какой-то мелкий магазинчик.
— Вот он! — раздался вопль. — Хватай его!
Грохнуло, бухнуло, ахнуло и раздались выстрелы, звук которых оглушительно бил по ушам. Толпа посетителей что-то кричала, шумела и ревела в страхе, пыталась то ли упасть на пол, то ли убежать. Видно было, как Гилдерой в проходе крутится и вертится волчком, выставляя перед собой трансфигурированные вещи в качестве щита от пуль. Локхарт попробовал перепрыгнуть к Нарциссе, но вместо этого вынужден был отступить, под непрерывным обстрелом. Град пуль, грохот выстрелов и звон стекла были так сильны, что Нарцисса, повинуясь инстинкту, отшатнулась, попыталась забиться под прилавок, но там уже пряталась продавщица, злобно уставившаяся на Малфой. Они смотрели друг на друга пару долгих секунд, а снаружи в это время всё рвалось и гремело, потом опять раздались крики: