Локхарт усмехнулся в ответ на эту пылкую речь (за которую Билл прибил бы сам себя, останься у него силы стыдиться) и рассказал, чем занимался в последнее время: путешествовал по Африке. В частности, посетил старейшую из магических школ, Уагаду, но в чём-то там не сошелся во мнениях с тамошними колдунами и вынужден был быстро покинуть заведение. Слоны, бегемоты, дикие племена, хранители Волшебного Бриллианта — Сердца Африки — тоже не проявили восторга при виде Гилдероя, и писатель, как решил Билл, просто скучал по этому восхищению фанатов и поклонников.
Также, Билл с готовностью предоставил свою сову Гилдерою, когда тот попросил.
— Идальго опять смылся куда-то, — пояснил Локхарт с усмешкой, — а рукопись отправить надо, как раз закончил, пока путешествовал.
Билл уставился на рукопись, ощущая, как рука сама тянется к листам. Новая книга Локхарта! Которую ещё никто не читал! И заголовок-то какой «Васпитание Вейл»! Памятуя о прошлых книгах Гилдероя, Билл представил несколько сцен «васпитания», и ощутил, как кровь приливает к лицу и другим местам.
— Я напишу Филиппу, — подмигнул Гилдерой, от которого не укрылась реакция Билла, — чтобы, как только издадут, сразу выслал парочку экземпляров, тебе и твоей семье.
— Но я... как же...
— Ничего, считай это оплатой за твою сову и экскурсию по местным пирамидам! — добродушно ответил Гилдерой, хлопая Билла по плечу.
Тут Билл совершенно не к месту вспомнил, что Локхарт всего на шесть лет старше его самого, подумал, стоит ли рассказывать о том, как «Майские Мумии» повлияли на выбор места будущей работы, представил, как опять будет выглядеть восторженным молодым щенком и... промолчал. Кивнул в ответ и сделал приглашающий жест, все профессора как раз должны были быть внизу, так что путешествие к ним можно было отлично совместить с экскурсией.
Вначале всё шло прекрасно. По дороге к профессорам Истории Магии, Билл успел прочесть краткую лекцию о пирамидах, Древнем Египте и Африке — колыбели цивилизации и месте зарождения магии. Гилдерой добавил пару интересных замечаний про Уагаду и как там до сих пор предпочитают колдовать без палочки, а потом они всё же добрались до центральной погребальной камеры под пирамидой.
— Практически такая же, как в пирамиде майя, — заметил Гилдерой, и началось.
Профессор Брикстон тут же развернулся и фыркнул:
— Чушь! Не знаю, где вы такое видели...
— В Мексике, в пирамиде майя, — спокойно пояснил Гилдерой. — Недолго, правда, пришлось там всё сжечь, но камера с алтарем была точно такая же.
— Молодой человек, — в этот раз повернулся профессор Гельмут, — то, что вы начитались книг этого идиота Локхарта, не дает вам права...
— Да я там лично был, — улыбнулся Гилдерой.
— О мой бог, да это же сам Гилдерой Локхарт! — профессор Родригез обернулся, всплеснул руками, потом повернулся к коллегам. — Я же говорил! Говорил! И там, и здесь одинаковые пирамиды, и по времени всё сходится — это не может быть простым совпадением! Землю посещали инопланетяне, и именно они принесли нам первую цивилизацию и магию!
— Чушь и ещё раз чушь! — громко фыркнул Брикстон. — Магия зародилась здесь, в Египте, это давно известный и установленный научный факт!
— Коллеги, — встал между ними Гельмут, — моя теория соединяет в себе достоинства обеих ваших.
— Атлантида, ха! — Родригез начал махать руками и ругаться по-испански. — Остров в Атлантике, ха! Да если бы он затонул, волна цунами смыла бы всех вокруг, включая древних греков и их Платона! Очевидно же, что инопланетяне создали несколько очагов цивилизации, подстраховались, и поэтому пирамиды майя и египтян одинаковы, а в древнем Египте...
Билл бросил встревоженный взгляд на Гилдероя, вспомнив приключения писателя в книге «Дразня Дракона», но Локхарт лишь улыбался, глядя на профессоров.
— В пирамиде майя Нумерологи так же спорили, — пояснил он Биллу, подмигивая. — Профессионалы, значит, болеют за свое дело.
Билл неопределённо пожал плечами. В древней Истории Магии (в отличие от современной с её гоблинскими войнами) хватало неясностей, пробелов и белых пятен, противоречивых теорий, от некоторых из которых легко можно было сойти с ума. Чтобы сказать, что там правда, а что вымысел — нужно было самому профессионально заниматься Историей Магии годами, но и это ничего не гарантировало, как показывала сцена, разворачивающаяся перед Биллом. Профессора тем временем продолжали жаркий спор, размахивая руками и хватая всё, что попадалось под руку. Ассистенты, наученные горьким опытом, торопливо оттаскивали в сторону скребки, шпатели, молотки и кисти, прятали какие-то горшочки и ёмкости.
— Атлантида основывала колонии! А остров опустился вниз под воздействием магического ритуала, поэтому не было волны! — орал Гельмут, ударяя кулаком о стену.
— И поэтому в Атлантике нет затонувших островов, а пирамиды — вот они, есть! — горячился Брикстон, тряся бородкой.
— Человек неспособен сдвинуть с места такие глыбы! Не в древнее время! — плевался Родригез, тыкая пальцем куда-то вверх.
От такого накала страстей в камере становилось жарковато, и Билл дернул головой. Ассистенты уже расползлись по углам или вообще смылись, а профессора только входили в раж давнего и безрезультатного спора.
— Поэтому египтяне пользовались магией!
— Которую им принесли из Атлантиды!
— А в Атлантиде она откуда взялась? Магия одновременно появилась в разных местах планеты, так что очевидно, что она была занесена извне!
— С чего бы это было очевидно?
— А Звёздные Врата?
Профессора замолчали, а Родригез, тяжело дыша, посмотрел на них свысока. Он уже хотел радостно что-то добавить, когда Гельмут возразил.
— Это был прообраз каминной сети, созданный магами Атлантиды!
— В пирамиде майя были Звёздные Врата? — суровым голосом спросил Брикстон, разворачиваясь к Гилдерою.
— А как они выглядели? — почесал в затылке Локхарт.
Профессора переглянулись, потом подскочили к Гилдерою и потащили его за собой, на ходу переругиваясь, что может означать отсутствие и наличие Звёздных Врат в пирамиде майя. Билл едва поспевал следом, передвигаясь по каменным коридорам этакой легкой рысью, местами переходящей в более энергичный аллюр.
Фрески на стенах местами потрескались и осыпались, местами их было просто не разглядеть в вышине, в неверном свете факела, а останавливаться просто не было времени. Но всё же в следующем зале Билл задержался на пару секунд: картины на стенах повествовали о каком-то древнем жреце и маге, возжелавшем стать фараоном. Однако затея провалилась, собралась огромная толпа, состоялась могучее побоище, после которого часть Северной Африки превратилась в пустыню.
— Это картины падения Атлантиды! — успел заметить на бегу Гельмут.
— Сколько можно повторять, это картины единственного в истории магии применения вечного проклятия! — тут же огрызнулся Брикстон.
— А я считаю, что это иносказательный рассказ об изгнании инопланетян, — тихо добавил Родригез.
Договаривал он уже в коридоре, ведущем к следующему залу. Разговорные подвиги и выкрики не прошли даром, начальный запал иссяк и профессора, отдуваясь и стараясь отдышаться, перешли на шаг, даже Гилдероя отпустили. Теперь Билл поспевал за остальными и отлично сумел рассмотреть чистые стены следующего зала.
— Отличный образец того, что бывает, когда за дело берется дилетант! — громко заявил Брикстон. — Этот средневековый вандал, Герпо Омерзительный, решил восстановить фрески и применил Репаро на стены этого зала, и все вырезанные на них письмена оказались безвозвратно утрачены!
Вроде бы он пояснял это для Гилдероя, но при этом сказанное имело отношение к спору, правда, Билл так и не понял, какое. Пока он обдумывал тайный смысл, их группа добралась до следующего зала. Профессора немедленно засветили шары Люмоса, и стало видно все вокруг.