Кого Зал Высшей Гармонии несет на своих крышах: дракона цилинь, феникса фэйхуан, льва шиси, небесную лошадь тяньма, морскую лошадь хайма, рыбу яюй, льва-дракона суаньни, единорога сечжи, дракона-быка доуню, крылатую обезьяну ханши.
У каждого из отряда хранителей — своя функция. Эти ребята не просто так там сидят. Одни защищают от сил зла, другие — от пожара, третьи помогают обрести покой. И так далее, от символа к символу.
А еще шикарны львы-защитники. Эти зверюги устанавливаются всегда парой. Лев всегда справа, играет с шаром. Шар — это как бы мир… нет. Шар — это сокровище, символ буддийского знания. И власть императора. И еще немножко — исполнение желаний. Многофункциональный шарик, почти что кнопка: «Всё и сразу».
Слева львица, она придерживает детеныша. Львенок при этом пьет молоко из материнского… когтя. Не спрашивайте, почему так. Просто примите, как факт: статуи львят кормятся из когтей статуй львиц. И это — про потомство и благополучие наследников.
Не, ну хороши зверюги! Даже с учетом странностей.
С копии Цзыцзинчэна (дословно: пурпурный запретный город) мы начали прогулку, потому что кукла сниматься будет не в этой локации. Свою, городок «Весна-Осень», мы потом вдоль и поперек обходим. А тут шанс прикоснуться к чему-то одновременно и новому, и почти (имитация же) древнему.
О! А вы знали, что «вёсны и осени» — это буквальный перевод сочетания «Чуньцю[1]», летописи, которую редактировал Конфуций? Также его можно перевести на русский как «летопись». При этом чунь — это весна, а цю — это осень. На выходе: летопись. Как так?
Справка от моей китайской умницы, и по совместительству мамочки: в эпоху Шан-Инь, сильно вглубь истории, в «до нашей эры» на полторы тысячи — тысячу (округляю для простоты восприятия) лет, иньцы делили год не на четыре сезона, а на два. То есть, первый иероглиф означал первую половину года, а второй — вторую.
Нынче на родине меня-прошлой скажут, говоря о течении времени: сколько лет, сколько зим. На моей новой родине упомянут чуньцю. И тут выделились.
Режиссер Ян студийные съемки начал с массовки, проходных сцен и всего того, что не задействует исполнителей ключевых ролей. Нам дали два законных выходных на адаптацию, экскурсии и отдых.
Велели отдыхать? Будет исполнено. Тем более, что мне персонально было сказано: покорять дворец. Я и направилась во дворец. Мэйли послушная девочка.
Но не дошла до главного, захотелось мне сначала прогуляться, осмотреться по отдаленным строениям и садам. Знаете, как в игре: прежде, чем ломиться в зал к главному боссу, сначала неплохо бы собрать всё из коридоров, комнаток, боковых ответвлений. Сундуки, бочки, полки — все обшарить надо было мне, чтобы не забыть. И только потом переход к основному блюду.
Так на мощеной серым кирпичом дорожке я почти столкнулась с императором.
— Господин Гао! Господин Гао! — кричали и причитали китайцы в тертых джинсах и футболках. — Просим вас: стойте. Вернитесь.
— Перерыв, — вскидывает голову и ускоряет шаг фигура.
Идущий в золотом, богато расшитом наряде, с высоким черным убором на голове. И с хмурым лицом.
— Вам нельзя уходить! — продолжают стенать догоняющие.
— Это императорские владения, — бросает на ходу золотой. — Я — Император. Кто может мне запретить?
— Но… — округлые лица слегка вытягиваются. — Император вы по сценарию.
Тут этот золотой фазан едва не натыкается на меня — эти его одежки с длинными рукавами широченные. Мама тянет меня в сторону, Чу замирает с изумленным видом.
— По сценарию? — император останавливается в шаге от меня. — По сценарию эта глупая курица должна смотреть на меня влюбленными глазами. Она — моя наложница. Девочка, вот ты можешь посмотреть на меня с любовью?
Девочка может. Вышивка на наряде очень хорошо сделана. Пока фазан стоит так близко, мама всё отлично разглядит.
— Вот! — растопыривает пальцы и встряхивает рукавами император. — Даже девочка… сколько тебе лет?
— Два, — мне не сложно ответить.
— Даже малышка двух лет на это способна! А как глядит ваша курица? — фазан делает страшное лицо и усиленно пучит глаза. — Будто у меня всё лицо в прыщах. У меня тут прыщ? А тут? Может, чирей? Или я весь покрыт гнойными язвами?
— Что вы, у вас превосходная кожа, — льстят и подбираются ближе преследователи. — Пожалуйста, давайте вернемся. Госпоже уже объяснили ее ошибку.
— Нет! — резко и гордо вздергивает подбородок фазан. — Там должен быть пруд? Я пошел.